Законник

Ханготец сыпал проклятиями и отступал в затенённый угол собора, где намеревался свернуть шею Хорнету и спастись бегством.

Фобос, Танго и Ладох прицелились, но не решились выстрелить, рискуя задеть своего командира. Йеспер понимал это, а потому пятился спиной вперёд, удерживая сопротивлявшегося Хорнета на линии предполагаемого огня.

В храме Мортара находился лишь один человек, попадавший вороне в глаз с тысячи шагов. Этого Йеспер не знал.

– Стреляй, – прохрипел Хорнет, покосившись на Одноногого.

– Но мы в церкви! – испуганно бросил Одноногий.

Его руки дрожали. Даже Фобос не решился отдать приказ. Йеспер медленно двинулся спиной вперёд к притвору, намереваясь выбраться.

Одноногий зажмурился и прошептал про себя какую-то молитву.

Грянул выстрел, отразившийся от сводов храма. «Бесси» выплюнула пулю. Мало кто мог сравниться с Одноногим в меткости, даже в столь затемнённом месте.

Кровь преступника впервые в истории пролилась на пол священного монастыря бога Смерти.

Глава 11

Законники наспех закопали Йеспера-Брундвига на территории монастыря и отправились в путь. Иеромонах подошёл к ним возле ворот.

– Мортар Благодетель благодарит вас за акт милосердия для этой несчастной души, – громко сказал он.

– Серьёзно? – Фобос поднял одну бровь, – я полагал, что вы против убийств в монастыре.

– Убийства совершают преступники, – изрёк настоятель, – а вы исполняли волю закона, предначертанную нашим богом.

Он пояснил, что встречался с Брундвигом.

– Укрывался у нас дважды, – печально произнёс он, – и однажды отравил младшего послушника за то, что тот не хотел выполнять его работу.

– Да он сумасшедший, как я вижу, – сказал Хорнет.

Настоятель пообещал не дать слухам об убийстве в монастыре разойтись и ещё раз поблагодарил законников. Мог ли кто-то из них рассчитывать на такой исход?

Клару забрали с собой.

Танго ничего не говорил до тех пор, пока законники не нашли своих лошадей и не спустились к заброшенным фермам.

– Мне надо напиться в стельку, чтобы забыть, через что я прошёл, – ответил Танго.

Он не держал зла на Фобоса, что очень удивило фронтмена.

Заночевали в той же пещере, где и в последний раз. Фобос принялся расспрашивать Танго и Хорнета. Ладох молча сидел рядом.