Законник

– Пять д-долгов на Орвисе Танго, – прочитал Одноногий, – два п-погашены, два незначительны. По последнему п-парень хотел нанимать охотников за головами.

Фобос несколько секунд тупо пялился на Одноногого. Затем грязно выругался.

– Чёртов ублюдок, – прошипел он, – тупой, конченый кусок дерьма. Пригрели змею на груди. Проклятый убийца!

Фобос положил тетрадь в сумку. В этот момент он услышал, как входная дверь с шумом распахнулась.

– Парни! – раздался взволнованный крик Йеспера, – бегом сюда!

Одноногий и Фобос переглянулись и поспешили вниз.

Ханготский стрелок стоял в дверях, тяжело дыша. Лицо его было бледно, а на лбу выступил холодный пот.

– Ну? – спросил Фобос.

– Я был у Тронтона, – ответил Йеспер, переведя дыхание.

– Так, и что?

Йеспер странно посмотрел в глаза Фобосу.

– Его убили.

? ? ?

Смерть караульного наступила несколько часов назад. По пути к его скромному обиталищу Фобос, Одноногий и Йеспер заглянули к лекарю Падсону и потребовали, чтобы тот пошёл с ними.

– Сердечный приступ, очевидно, – сказал он, – если хотите, устроим вскрытие. Но это время, друзья. А время дорого.

Через некоторое время, Падсон добавил:

– Во всяком случае, следов насильственной смерти нет.

Фобос и Йеспер хмуро глядели на бледное тело молодого караульного, лежавшего на кровати. Одноногий сидел на стуле и чесал за ухом щенка, вновь увязавшегося за ним.

Падсон поправил круглые очки, затем нахмурился, принюхался и наклонился ко рту покойника, будто бы собираясь поцеловать его.

– Ага, – изрёк лекарь, проведя пальцем по синюшной губе Тронтона, – вот оно.

На губах мертвеца был яд.

– Каппадо, – вновь принюхавшись, сказал Падсон, – это сок дерева каппадо. Пара капель такого – и сердце захлёбывается кровью. Оттого я и подумал, что это сердечный приступ. Каппадо способен убить даже рунтабского боевого слона.

– Кого? – спросил Одноногий.

Лекарь вновь поправил очки и собрался ответить, но Фобос прервал его жестом и спросил:

– Кто во всём городе мог иметь доступ к этому яду? Он под запретом.

– Не совсем, – замялся Падсон, вытирая пот, что ручьями стекал по его лбу, – откройте окно.

Йеспер поднял оконную раму. В комнату подул свежий воздух.

– У меня было несколько склянок, – сказал лекарь, похрустев пальцами, – две или три, не больше.