Законник

А значило это лишь то, что пора очищать жертвенные алтари от пыли и громоздить на них новых несчастных, а затем, изрыгая страшные слова, вырезать у них сердца и пить кровь. Мерзость, не так ли? Вот и мы также думали.

Ну и, несмотря на то что жители Диких земель плевать хотели на весь мир, что лежит к востоку от их драгоценного клочка земли, втиснутого меж двух холодных морей, они всё же не хотели умирать в мучениях, а посему сразу объявили всеобщую мобилизацию.

? ? ?

Обнаружить ворота было довольно трудно, и пока мы не приблизились на расстояние, не превышающее сотню футов, казалось, что тракт просто упирается в чёрную стену.

– Ну и что? – пронёсся недоумённый ропот по рядам фронтменов.

Оштераусский батальон в пути встретился с ханготскими стрелками. За нами, ровно в полусутках пути, следовали парни с форпоста Рогена, охраняя и караван со всем необходимым – порохом, пулями, запасами провианта, водой, медикаментами, тканью и всякой мелочью, без которой, тем не менее, выдержать осаду затруднительно.

Ровная бескрайняя степь расстилалась по обе стороны. Изумрудная трава переливалась на солнце, небо в тот жаркий день было ясным, над степью звонко щебетали птицы. И лишь чёрная клякса Рубежа, казалось, поглощала весь свет и навевала сумрачную тревогу.

Со страшным скрипом ворота открылись. Я заметил, что от них внутрь ведёт мощёная дорога. Неслыханное дело! Мощёные улицы я видывал только в Бирдене.

– Что ж, двинули, – нерешительно крякнул Гервиц и взял лошадь за поводья.

Вся наша процессия въехала внутрь города.

По обе стороны от широкой дороги выстроились стройные ряды местных ополченцев.

– Ух. Весь город высыпал встречать своих спасителей, – надменно сказал Эрвинд, который ехал рядом.

Встреча выглядела завораживающе. Дикоземельцы где-то раздобыли старые этельвельдские нагрудники и шлемы и до блеска натёрли их песком.

Солдаты стояли в два ряда. Впереди расположились знаменосцы. Их штандарты, конечно, выглядели потешно – просто разноцветные лоскута с намалёванными углём и киноварью волками, медведями и орлами. Но всё же мы заметно смутились, осознавая, что у нас-то штандартов нет вообще.

Таннегац тут же о чём-то начал перешёптываться со Свибом. Ясно о чём – предстоит и нам соорудить себе боевое знамя. А затем радостно проливать за него кровь в бою.