Пять с половиной подвигов

– А ты уверен, что он не вернётся?

Вегрик устал отвечать на дурацкие вопросы и отправился разводить потухший костёр. Теперь он сам мог управлять своим телом, и в доспехах каждое движение давалось легко, без усилий. Толстые ветки с хрустом ломались о стальные поножи, летели в огонь.

Когда Утопий, озираясь, доковылял до поляны, пламя уже пылало. Уховёрт уселся у самого костра. Его колотила дрожь. Трясущимися руками он шарил под одеждой, отрывал присосавшихся пиявок и бросал их в огонь. Вегрик разместился в тени поодаль.

Сталь доспехов и без того была тёплой, а от костра она слишком уж нагревалась. Юноша не чувствовал ни голода, ни усталости, ни боли в пораненных ступнях. Он прямо сейчас готов был вступить в бой с тремя или даже пятью такими же оборотнями во славу каких-то там чертогов и солнца.

Утопий понемногу приходил в себя. Дрожь уже не так сильно била его, и старик начал приставать с расспросами.

– Говорящий шлем? – переспросил Уховёрт, дослушав рассказ юноши. – А ты часом не рехнулся? От страха, знаешь, всякое бывает.

Вместо ответа Вегрик подошёл к тачке, взял меч, без усилий отломил от него кусок длиной с ладонь и протянул оружие старику.

– Ух ты! – изумлённо выдохнул Утопий, разглядывая клинок. – Теперь понятно. А можно мне эти доспехи померить?

«Нет», – сказал шлем.

– Нет, – повторил за ним Вегрик.

– Ну, нет, так нет, – развёл руками старик. Тут взгляд его задержался на груди сапожника. – Постой-ка! У тебя рана. Это он укусил?

– Где? Какая рана?

Вегрик хотел посмотреть на свою грудь, но узкая прорезь в забрале не давала этого сделать.

– Тебя укусил оборотень?! – повторил Утопий.

Вегрик провёл рукой по груди, нащупал разорванную рубаху, поднёс ладонь к глазам и увидел кровь на тусклом металле перчатки.

– Ну, может быть, не укусил, а когтями задел, – проговорил он. – Я не помню.

Уховёрт неуверенно выставил перед собой обломок меча.

– Поверь, тебе лучше умереть прямо сейчас, – сказал старик. – Если тебя укусил оборотень, ты сам станешь оборотнем.

Это всем известно.

– Что за чушь?! С чего я вдруг должен становиться?

Ноги сами шагнули назад, и обломанный клинок прошёл в дюйме от живота.

– Ты чего, старый, совсем сдурел?!

– Лучше умереть, чем стать зверем! – вопил Уховёрт, размахивая мечом. – Я не дам тебе жрать людей и разносить заразу!

Перчатка перехватила клинок. Вторая тут же стукнула старика по затылку. Утопий охнул и повалился наземь.

– Проклятье! – проговорил опешивший Вегрик.