Сады Адама

– Лена! – он бросился к телефону, и дрожащими пальцами набирал рабочий номер. Половина седьмого! Фирма закрывается в шесть. Протяжные, безнадежные гудки. Он смотрел на босые пальцы своих ступней. Они были бело-розовые, плотно прижатые друг к другу, с тонкими пегими волосками на подъеме. Как такое могло случиться?! Обычно, наказуемый стоял посредине кабинета, стул ему не предлагали. Часто во время экзекуции присутствовала Пепе. Она молчала, не отрывала блеклых глаз от бумаг, и бледные щеки девственницы покрывались розовой краской.

– Слушаю!

– Это – Коган! Я видите ли заболел! Отравление, или что-то в этом роде! Только сейчас немного в себя пришел. Проспал весь день! Простите меня… – он выпалил на одном дыхании, зажмурил глаза. В трубке стояла мертвая тишина.

– Алле… Вы слышите меня?!

– Слышу, – голос шефа был на удивление спокоен, без язвительных интонаций, с необычным присвистом, будто ему вырвали передний зуб.

– Уважаемый, Марк! Вы, вообще-то зачем звоните?

– Ну как это зачем?! Предупредить! Я выйду на работу. В любом состоянии!

Шеф хмыкнул.

– Интересный вы человек! Пепе к вам дважды домой ездила, мы решили, случилось, что-то серьезное. К телефону не подходите, дома тоже никого… По вашей просьбе звонил Стоикус, обещал привести документы.

– Я не знаю никакого Стоикуса! – прошептал человек. Голос шефа наплывал издалека, будто это не речь вовсе, а диковинная чужеземная песня. Отвратительная шепелявость делала речь похожей на птичье пение. – Я болел… я был дома!

– Безусловно! – пропел шеф. – Это и есть заболевание, и нечего тут стыдится. – Пение стало громче, сочный мужской баритон выводил сложную партию. – Все, чем я могу вам помочь, это дать адреса сообществ, – на фоне поющего баритона завыли сотрудники, верещала Пепе, грянули хором программисты, сладко подтягивали девчонки из группы обслуживания.

– Я отравился… – шел ва-банк Марк. Врать, так врать до победного финала!

– Давайте называть вещи своими именами, – шеф взял высокую ноту, и сфальшивил, – наркотики страшнее алкоголя! У вас такая удивительная фамилия! Это ко многому обязывает. Генетическая память! – голос шефа стал удивительно похож на фальцет проходимца менеджера.