Эхо войны

– Как это? А пятый отдел? Чудо-оружие все-таки.

– Я не докладывал. Возможно, это наш шпион. Если так, им сразу займутся другие, а нас отодвинут.

– Почему сразу шпион? – отметил я, вытягивая из командирской пачки еще одну папиросу.

– Почему?… – переспросил полковник, окинув меня каким-то странным взглядом, будто примеряясь, как половчее ударить.

– Чего? – Я сразу же насторожился.

Знаем этот взгляд, встречали уже. Сейчас будет интересно! Мощин закурил, посидел какое-то время, выпуская дым в потолок.

Гремя котелками, вернулся Сема. Без слов разложил добытую провизию на ящике и так же без слов, покосившись на нас, молча выпускающих дым, вышел.

– На правом бедре трупа фельдфебеля была обнаружена русская надпись, предположительно кровью: «ле Андре». Расшифровано мной как «лейтенант Андреев».

– Не слишком ли самоуверенно?

– Отнюдь. В нашем стрелковом полку как раз имеется лейтенант Андреев, командует разведротой.

– Резонно, – согласился я. – Но зачем было писать его имя на трупе?

– Интересно другое: прозектор клянется, что при первичном осмотре, когда срезали одежду, надписи этой не было.

Появилась она потом.

– Ну это понятно. Вряд ли немец перед тем, как перейти на сторону врага, писал кровью на бедре имя советского командира.

– А между тем писал именно он, – спокойно, даже как-то равнодушно заявил полковник.

И снова мы уставились друг на друга. В наступившей тишине было слышно, как потрескивает фитиль в керосинке и шуршит что-то за обшивкой стены.

Я глубоко, до рези в горле, затянулся и растер окурок по стенке гильзы-пепельницы.

– Откуда такая уверенность? – поинтересовался лениво.

– На-ка вот, посмотри.

Пока шеф рылся в бумагах, я незаметно стянул из пачки пару папирос – от него не убудет, а у меня от ихней махорки глаза вываливаются. Только успел припрятать добычу, как Мощин бросил передо мной небольшую книжицу в потрепанной кожаной обложке, перетянутую бечевкой.

– Что это?

– Что-то вроде дневника нашего русско-немецкого трупа.

Рекомендую ознакомиться. Весьма занимательно.

Глава 2

20 августа 2016 года. Киев

Когда город теряет свое имя? Сталинград во время Второй мировой разнесли в пыль, но он все равно остался Сталинградом. А вот этот, хоть и разрушились преимущественно только высотки, Киевом больше не назовешь, язык не поворачивается. Город похож на высосанную пауком бабочку – оболочка сохранилась, а внутри пусто.