Эхо войны

Напарник уже с головой погрузился в свой мир: что-то бормочет под нос, наклонившись к шкафам, со скрипом выдвигает ящики, шуршит пакетами… Судя по скорости наполнения его рюкзака, Бур поймал что-то типа «транзисторной лихорадки», или как там это у радиолюбителей называется…

– Ща во второй зал пойду! – радостно шепчет Бур. – Там блоки в сборе должны быть.

Он указывает лучом на поворот, за которым, видимо, находится вход в соседнее помещение. В руке его я вижу связку паяльников и, по-моему, небольшой осциллограф.

– Может, хватит? Не унесешь.

– Что значит «не унесешь»? А ты на что?

Сопровождаемый треском осколков, напарник движется вдоль прилавка, все еще шаря лучом по выдвинутым ящикам. Он не видит, что происходит впереди. А я вижу, но поначалу не могу понять. Мой фонарь светит в спину удаляющемуся Буру: на дальней стене в круге света качается его увеличенный силуэт. Внезапно откуда-то сбоку в свет вплывает еще одна тень, бледная и расплывчатая. Вначале мне кажется, что это облако потревоженной пыли, но когда тень резко густеет и начинает увеличиваться…

– Острожно! – ору я, все еще не понимая, что происходит.

Бур тоже не понимает, он замирает, судорожно крутит головой – луч его фонаря мечется из стороны в сторону, но вокруг него никого нет!

– На стену смотри! – и, вскинув ствол, командую: – Пригнись!

Но уже поздно. Тень, оформившаяся в что-то наподобие большого гриба, только не с одной, а с множеством тонких ножек, молниеносно выбрасывает один из этих отростков в направлении Бура, ровно к шее.

Напарник визгливо вскрикивает, начинает дергаться, по телу его расползаются еле видные фиолетовые молнии… И тут, наконец, я вижу это вживую: многоногий гриб, наливаясь призрачной синевой, начинает проступать в воздухе почти впритык к Буру.

– Беги, Глок! – голос у напарника сиплый, клокочущий, полный боли.

Я пытаюсь прицелиться в колышущийся фантом, и в это время в круг света выплывает еще одна туманная тень…

Глава 3

5 октября 1943 года. Ельск

Грязь на главной улице Ельска была такая, что некоторые автомобильные колеи вполне сошли бы за окопы неполного профиля.

Сема сбавил ход и принялся выбирать наиболее безопасный фарватер. Видимо, не выбрал, потому что остановил машину и, почесав затылок через пилотку, выжидательно посмотрел на меня. Я пожал плечами.

– Вытаскивать вместе будем, – пригрозил он.

– Ладно, жди здесь. Вон в переулок встань, чтобы проезд не загораживать.

– Проезд! – фыркнул Сема.