Осень на краю света

С Иванычем поговорили.

– С кем?

– С Томиным. Федор Иванычем. Он понял и повлиял. Еще вопросы?

– Кто был в ту ночь охранником?

– Миша. Сейчас его нету.

– А где он?

– Сам не знаю. Третий день на работу не ходит.

– Не странно? – удивился Сапегин.

– Странно, – кивнул директор, снова поправив очки. – Но не смертельно, надеюсь. Миша, он, между нами говоря, запойный.

– Кто теперь вместо него?

– Завхоз наш, Вадим Алексеевич. Нужен?

– Если вы не против.

– Пойдемте, провожу.

В длинном коридоре пахло школьной столовой, откуда-то снизу доносился разноголосый гомон детей.

Сапегин подождал, пока директор запрет дверь, и двинулся следом за ним. Мраморный пол звонко откликнулся на шаги, необычное, какое-то объемное эхо заметалось под потолком. С одной стороны – глухая, крашенная серой краской стена, с другой – череда сводчатых окон. Коридор пересекал арки, расположенные на равном расстоянии между оконными проемами. По верху стены, метрах в трех над полом, тянулся замысловатый лепной узор.

Погода то ли налаживалась, то ли портилась: ветер порвал пелену сизых облаков на длинные рваные лоскуты, в прорехах периодически высверкивало солнце. И тогда в коридоре как будто зажигался свет, а полуоблетевшие, неопрятные тополя за окном казались еще более жалкими. Сквозь рощицу проглядывал спуск до оврага и вдалеке, в окружении желтых березовых крон – луковица купола с ажурным крестом. Ветер крутил над церковью стаю ворон.

– Ваш завхоз той ночью тоже дежурил? – спросил Сапегин в спину директору.

– Нет. Михаил тогда как раз последнюю смену отработал.

Коридор уперся в лестничную площадку. Чугунные ступеньки с чугунными перилами – все в завитках и узорах – тянулись вниз. Наверх вела лестница поскромнее – узкая и без узоров

– Вот туда, – показал директор вверх. – Пойдемте, представлю.

– Давайте я сам.

– Как угодно. Тогда пойду в столовую, распоряжусь. Накормить вас надо.

– Бросьте.

– Нет-нет. У нас дети сами готовят. Для них гостя за стол усадить – это важно.

Закон гостеприимства. Вы не отказывайтесь. И похвалите. Если, конечно, понравится.

Директор пошел вниз. Сапегин последил, как его сгорбленная, кургузая фигура преодолевает спуск, и поднялся по ступенькам. Наверху оказалась небольшая площадка перед двустворчатой дверью с начищенной до искристого блеска медной ручкой в форме львиной морды. Сапегин как-то машинально вместо того, чтобы постучать, пару раз поднял и отпустил вставленное в нос льва кольцо – звякнуло.