Летопись Чертополоха

 – Разве тебя не учили, что трогать руками посторонних людей неприлично! И будь любезен, отвечай на вопросы старших!

Незнакомец будто и не слушал женщину. Он нырнул в машину, и улегся на заднем сиденье, словно намеревался там спать.

– Поехали!

– Слушаюсь! – иронично хмыкнула девушка. Она лихорадочно соображала. Паршивец чокнутый, это точно. Чем скорее она доставит его в больницу, тем лучше. Откуда у ребенка такой нож?! Не говоря уж об антикварной ценности, лезвие длинной добрых двадцать сантиметров! Она покосилась на диковинного пассажира.

Тот по-хозяйски развалился на заднем сиденье, и смотрел на нее сквозь прикрытые ресницы.

– Ты не должна бояться меня, ведьма! – он ободряюще улыбнулся. – Я не причиню тебе вреда. Другое дело, Гальфрид. Возможно, он захочет встретиться с тобой. Это опасно.

– Кто такой Гальфрид? – она задала вопрос чисто автоматически, копирую манеру Рослова, не оставлять без внимания ничего сказанного людьми.

– Рыцарь. Наемник. – коротко ответил загадочный ребенок.

 – Но Гальфрид благородный, чистокровный одомит. Хотя и падший… Он не станет воевать с женщиной, даже если она ведьма. Он тебя просто убьет. Другое дело – Земфира. Полукровки жестоки и мстительны. Вот кого следует опасаться, так это Земфиры.

– Благодарю за предупреждение! – девушка вытерла со лба капли пота. Хотела вложить в тон долю сарказма, а получилось испуганно.

– Слово в радость! – кивнул мальчик, и закрыл глаза.

Только сейчас Надя обратила внимание на то, что впервые за десять лет водительского стажа, покинула машину, оставив ключи в гнезде зажигания.

Это ошибка. Она поспешно села на водительское сиденье, мотор взревел сам по себе, загорелись лампочки на приборной панели, Род Стюарт хрипло заныл что то унылое, аккурат с той ноты, на которой его грубо прервали. Чудеса!

– Скажи хотя бы, как тебя зовут, таинственный незнакомец? – усмехнулась девушка.

– Ратибор. Лучший из колдунов, которых знавала Вотчина одомитов, покровителей Зеленой Страны и провинций! – в тоне ребенка прозвучали неподдельные детские интонации хвастуна и заправского лгунишки.

– Ратибор… – Надя посмотрела в обзорное зеркало, мальчишка свернулся в клубочек, как домашний котенок, и засунул большой палец в рот. Салон «тойоты» наполнился запахом цветущего жасмина. Аромат был настолько ярок, словно кожаные сиденья опрыскали дорогими духами.

Надя Еременко была человеком действия, а потому, не раздумывая включила передачу, и «тойота» тронулась с места.