Рапсодия гнева

 – За это надо расстреливать. А еще лучше вешать публично.

– Ты давно у «психа» обследовался? – покрутил у виска следователь.

– Я там на постоянном учете, – отшутился Саша. – Вот давай ты попробуешь выбросить из головы вдолбленные тебе с детства «истины», и мы попробуем разобраться во всем этом непредвзято.

– Ну, – заинтересованно глянул на друга Владислав Петрович.

– Система наказаний, – начал Фролов, – стоит у нас на адекватности. Мелкое нарушение – нестрогое наказание, страшное преступление – государство и кровью руки замарать не боится.

Следователь согласно кивнул.

– Казалось бы, все логично и правильно. Но только на первый взгляд! Законодательство, творя законы, прикрывается таким понятием, как общественная опасность деяния. Чем выше опасность преступления для общества и государства, тем строже должно быть наказание. Вот с этим я согласен на все сто! Но именно этот принцип не соблюдается при адекватности наказаний.

– Сам себе противоречишь.

– Нетушки! Никакого противоречия нет, просто преступление само по себе является общественно опасным деянием.

– Но степень опасности разная, – ввернул Владислав Петрович. – Поэтому разная строгость наказания. Все верно!

– Не перебивай, с мысли сбиваешь! Тогда скажем так, что общественно опасной является склонность к совершению преступлений.

– Это тоже учтено в законодательстве! – победно улыбнулся следователь. – Повторное совершение преступлений наказывается намного строже.

– Ты мне мысль не даешь выразить! – обиделся Фролов.

– Ну ладно, ладно, говори. А то лопнешь с натуги.

Они прошли по ступенькам и начали спускаться к морю по полого убегавшему вниз тротуару. Зелени вокруг становилось все больше и больше, а ласковый морской ветерок выгонял из парка засевшую в пятнах света жару.

Саша немного помолчал на ходу, собираясь с мыслями, и уже совсем спокойно сказал:

– Понимаешь, Владислав Петрович, преступления бывают очень разные. Ты это знаешь куда получше меня! И убийство убийству рознь, даже если не говорить о самообороне.

– Мотив, что ли?

– Трудно мне с тобой говорить! – вздохнул Саша. – Я, как та собака – понимаю, а сказать не могу. Не хватает у меня юридического образования.

– Ничего, ты говори, говори, я тебе помогу. Понимаешь, я сегодня тоже над этим думал, интересно теперь узнать твои мысли.