Жезл силы

– Идти можешь?

– Инде могу, кашу мне в зенки…  – Щипач поднялся на ноги, прихрамывая, шел вперед, оставляя косолапые следы босых ступней в глине. Впереди простиралась чужая земля. Опасная, манящая, таинственная. Гасли звезды на розовеющем небосклоне, таяла голубая луна. Черную синь горизонта сменил малиновый свет. Первые лучи тронули верхушки деревьев, простуженно запели птицы. Новый день уверенно вступал в свои права. Осенний день, последней декады нисходящего месяца лемма.

Городище

– Лис выл дважды?!  – пытал старейшина молоденького стража.

 – Дважды или один раз?! Ты чуешь науку счета? Ведуны учили? Покажи пальцы?! – он растопырил ладонь, унизанную свинцовыми перстнями, и махал ею перед лицом перепуганного лучника.

– Два… Два или три раза, родное сердце! Верно чую – два!

На безусом лице юного лучника лице синели кровоподтеки. Он часто икал, и моргал белесыми ресницами, когда массивный, пахнущий элем  кулак старейшины появлялся перед его носом.  Кат вдел петлю в крепленную на потолочной балке дыбу.

В подвале было жарко, пот ручьями стекал с лица незадачливого стражника, пегие завитки подмышками слиплись, на разбитых губах пузырилась кровавая слюна.

– Верно, чуешь два раза?

– Точно так родное сердце! Точно два раза!!!

– Два раза, – с удовольствием повторил старейшина. – А что велит молитва стража?

– Заслышав лиса… – он дважды икнул, сбился, и частил, выплевывая слова через редкие зубы. – Заслышав вой лиса дважды, или же лай его… Надлежит немедля доложить кормчему, или в отсутствие его, старейшине!

– Молитву знаешь.

Честь памяти твоей, малой! А теперь зачти – отчего важен вой лиса?

– Беглые, родное сердце! Беглые и полукровки! Инде рыщут тропы в лесу, лисы им в подспорье!

– Говори дальше!

– Инде шняки и оборотни! Шняки морочат добрый люд, всякую пакость норовят учинить,  извести, погубить.  Оборотень всякий вид имеет, что волит…

– Умница, малой! – кабы не дыба, и изготовившийся к кровавой драме кат, можно было подумать, что взыскательный учитель наставляет ученика.

 – Там где воют лисы, рыщут беглые. Чуешь, малой?

– Чую, родное сердце, точно чую! – захлебывался слезами мальчишка.

– Дальше говори!

– Еще нелюди! – поспешно кричал стражник. – Нелюди и падшие! Нелюди заключают договор с демонами, и имеют немалую силу. Их можно изобличить по глазам в темноте. Падшие, что шняки едят человеческую плоть!

– Верно говоришь! – кивнул старейшина.