Кремлевские сказы

Весь крылатый металл отдали лить доселе не известному прощелыге Дерибасову – понятно, что не за красивую фамилию. Лил он, лил, а как приперло, тут же к заморским купцам в ножки повалился: нету, говорит, сил без вас управляться, володейте сами хозяйством моим.

Кодла числом-то небольшая – все царские прихвостни и их приближенные, но почти 9 из 10 рублев, что из распрекрасных наших недр изымаются, захватила. И больше половины всех финансов царства загребла.

А чего бояться: статья конвенции, по которой чиновники отвечают за расходы, превышающие их официальные доходы, в царстве-государстве не действует.

Распродали 145 тысяч заводов и фабрик, народу не досталось ничего. Уволенные работники голодали, на улицах опять появились беспризорники и проститутки. Крестьяне последнюю репу без соли доедали, по стране насчитали, что 17 тысяч деревень опустело.

Царю вельможи жаловались на экономический беспредел. С Урала гонца прислали: «Государь, «Уралмаш» с 34 тысячами душ всего за три ляма зеленых рублей ушел, а Челябинский тракторный с 54 тысячами душ – за два ляма!» Но помазанник приказал гонца выпороть, а уральцам так ответил:

– Вы смерды есть, исполнители, пешки и окурки под ногами! Не сметь мешать грабить, то есть оптимизировать экономику империи ради торжества справедливости и всеобщего блага! Еще раз гонца пришлете – велю его на кол посадить…

Почти два десятка военных заводов прибрала к рукам лишь одна только фирма заокеанских заклятых друзей.

* * *

Самодержец наш в логово свободного мира, за океан, тоже зачастил. Тамошний президент его привечал со всей душой, пока его клевреты, не будь дураками, в нашем царстве шустрили, подбирая все, что плохо лежало. Царь Борис президента сильно веселил – постоянно в дупель пьяный и счастливый оттого, что с ним на равных разговаривают (этим комплексом младшего брата вообще все наши монархи страдают).

Царь насчет водки был без царя в голове: любил бухнуть широко, безбашенно, а за рубежом совсем отвязывался. Там это в диковинку, и на монарха нашего смотрели, как на дрессированного медведя, которому прикола ради поднесли ведро медовухи. А тот и рад стараться: еще пуще дурачился.