Клан дракона. Книга 4. Исполнение

 – И вообще, думаешь, тебе никто не завидует? Еще как завидует! Я вот, может, тоже свадьбу хочу! А братец твой начал мне оказывать знаки внимания еще…, – смутившись, Аяри понизила голос настолько, насколько это было возможно, – со времени предыдущего Дитриха. Тридцать лет уже. Сколько можно?

– Мне кажется… он еще не нагулялся, – задумавшись, сказала Меридия.

– Ну да, ну да, – вздохнула Аяри, – а я, конечно, как последняя матриархатка, на цепь хочу его посадить и всякой воли лишить.

Меридия лишь смущенно замолчала.

В последнее время Хольдвиг и правда выглядел мрачным и задумчивым. Словно пытался принять для себя какое-то решение, но каждый раз заходил в тупик.

– Ты, конечно, извини, что я на тебя вот так накинулась, – пробурчала Аяри, – да только как тебе не позавидовать? Твой Дитрих ради тебя воскрес после Тургора, вырос в два раза быстрее положенного, на Турнир пробрался и раскидал там всех, как котят. Только на Энгефиане, правда, и обломался, но там случай особый. И вот сейчас – вы вместе.

И что, ты его как-то ограничиваешь? На цепь сажаешь? Нет, вы летаете где хотите, и сколько хотите, и фигушки кто пикнет в вашу сторону.

– Да, по правде говоря, – смущенно порозовев, сказала Меридия, – он признался мне, что не хочет жить ни в Сиреневом замке, ни в Лазурном. Мне кажется, что он ищет… ищет место. Даже сам не знает какое, но ищет.

Аяри как-то странно посмотрела на Меридию, после чего бережно взяла ее за руку и увела в конец зала, где ровным рядом стояли несколько диванчиков.

Усадив на один из них Меридию, Аяри устроилась рядом, осмотрелась, чтобы убедиться, что их не подслушивают, после чего сказала:

– Я знаю, что это у него за ломка. Ну, то есть не ломка… То есть не у него. Просто… когда он вылупился, Янтарь всколыхнулся так, что весь Сиреневый остров содрогнулся. Признаться, мы тоже иногда испытываем подобное чувство… вскочить, взлететь и искать, искать, искать! Это – жажда Янтаря. Желание, чтобы погибший Янтарный род… возродился.

Она замолчала. Молчала и Меридия, жадно слушавшая каждое слово и понимавшая, что все это действительно еще произойдет с Дитрихом.

– Видишь, как оно получилось. Изумруд со своей потерей… смирился. Серебро свою потерю… забыло. Но Янтарь… Янтарь так просто не сдастся. Но, с другой стороны, и я, и мама, и Вилер… хотя у нас Янтарь и Доминанта, но Сирень, родовой Цвет, – третий. То есть Сирень в нас не определяет характер, но управляет им. И потому такие вспышки она довольно быстро гасила.