Вирус бессмертия

Я просчитаю до десяти и на последний счет ты проснешься, забыв все, кроме того, что нельзя причинять никакого вреда Варшавскому. Это очень важная мысль, она накрепко засядет в твоем мозгу. И если ты вдруг даже подумаешь нарушить наказ, твое сердце собьется с ритма и не успокоится, пока ты не прекратишь думать об этом. Я начинаю считать. Раз, два, три…

Варя смотрела в скважину, похолодев от страха и нереальности увиденного. Она слышала от профессора о гипнозе, но одно дело байки, а другое – увидеть своими глазами.

– Семь, восемь, девять, десять.

Энкавэдэшник открыл глаза и придал лицу внимательное выражение, как будто разговор о вспышках и дождевых каплях не прерывался ни на секунду. Профессор же продолжил как ни в чем не бывало:

– То есть из хаотичных, казалось бы, шумов человеческий мозг вычленяет какие-то составляющие, из которых формирует образ, руководствуясь только ему известными принципами. В теории можно предположить, что по-особому структурированный шум способен включить в человеческом мозгу неисследованные процессы, в результате которых индивидуум приобретет новые качества.

– Качества чего? – встряхнув головой, поинтересовался Дроздов.

– Вот это доподлинно неизвестно, – пожал плечами Варшавский. – Может быть, качество восприятия, может быть, качество осмысления, а возможно, то и другое вместе.

– Не понимаю, – жестче повторил энкавэдэшник. – Подробненько объясните!

– Хорошо. Кто, по-вашему, совершает революционные научные открытия?

– Не засирайте мне мозги, профессор! – поморщился Дроздов.

– Хорошо-хорошо. Открытия обычно совершают выдающиеся ученые! Выдающиеся! Из ряда вон! Несмотря на то, что они видят, слышат и даже знают не больше других ученых, они способны как-то по-особенному складывать разрозненные данные в единую картину. Это талант. Но вот в чем причина таланта, почему одним он дан, а другим нет – неизвестно.

– Талант на день, – усмехнулся Дроздов. – Так вы думаете, что человек, услышавший Голос Бога, может за «какое-то время» придумать нечто из ряда вон?

– Просто уверен, – кивнул профессор. – Проблема в том, что суть открытия будет носить вероятностный характер.