Линия раздела

Поэтому готовить тебя, как солдата, я не буду. Нужно Борису тебя погонять? Погоняем! Это полезно. Общефизическая подготовка, растяжка, навыки ловкости.

– Сегодня вы перегнули палку.

– Чем?

– Этим чудиком в костюме «гилли». Совсем смешно. Он бы еще руки поднял и заревел бы, мол, я бабайка, я бабайка. Вы не думаете, что это унизительно? А верзила, который упал чуть раньше, чем я провел подсечку?

– Извини. Правда, Кирилл, я не хотел тебя обидеть. Пойдем, а тот тут ребятам скоро надо будет штурм здания отрабатывать.

Кирилл и Вадим Семенович пересекли поляну, и вышли на проселочную дорогу с разбитыми колеями. Кое-где, в особо глубоких ямах, блестели лужи.

– Пойми, Кирюша, меня Боря попросил устроить для тебя замену срочной службе. Просто отказать я ему не могу. Но и гонять тебя всерьез нет ни малейшего смысла. Тактике учить – тем более. Какая тактика может быть у одиночки? Война, друг мой, это командный вид спорта. Рукопашному бою учить всерьез? Это больно. Поверь. Поэтому делаю, что могу.

– Хотя бы честно.

– Ты только отцу-то не сливай наш разговор.

– Не буду.

Было время, когда Кирилл считал, что Борис Иванович Рощин – и есть его настоящий отец. Своего настоящего отца он не помнил, нового считал и называл отцом. А когда потихоньку, шаг за шагом, правда все же вылезла наружу, перестраиваться не имело смысла. Это бы только маму травмировало. Поэтому нового маминого мужа Кирилл, даже мысленно, про себя, называл отцом. Так и повелось – «отец нынешний», «отец настоящий».

Впрочем, мама никогда и не лгала. Просто было время, когда она не доносила до сына всей правды. Мама не умела лгать, и лукавить не умела тоже. Она и отцу высказывала все, что думает. Его это злило порой, но маму он любил. По-настоящему. Наверное, он любил и Кирилла. Просто его любовь была, как и он сам, своеобразной.

Конечно, можно было бы давно найти девушку, жениться, покинуть дом и зажить самостоятельно. Но слишком многое мешало Кириллу встать на этот путь. И ответственность перед матерью, и невозможность жить с кем-то, по-настоящему не любя.

На полпути до КПП полигона, у Вадима Семеновича в кармане зазвонил телефон.

– Отец твой, – глянув на экран дешевого мобильника, сообщил Вадим Семенович. – Ты свой выключил что ли?

– Нет… – Кирилл пожал плечами.

С недоуменным видом Вадим Семенович нажал кнопку принятия вызова.

– Да, Боря, – произнес он. – А, понял.