Флейта и Ветер

– Ты чего? Чего щемишься-то? – Светка посмотрела на подругу, как на сумасшедшую.

Инна прошипела, продолжая прятаться:

– Дурочка, меня же наверняка ищут! Еще не известно, что стало с папашей.

– А-а-а… – Светка довольно равнодушно позлорадствовала. – Я тебе говорила, что этим кончится. Он сам мечтал тебя трахнуть, но инстинкт запрещал. Вот и решил подложить корефану. Типичный инцест.

– Как это мерзко… – Инна непроизвольно закусила губу.

Эскимо совсем растаяло. Боясь испачкаться, она выбросила огрызок в траву.

– На твоем месте я бы не щемилась, а постриглась бы и покрасилась. – деловито сказала Светка и выбросила пустую палочку от эскимо в урну. – Волосы накоротко и в красный цвет. Будет круто. Чем ярче, тем безопаснее. И шмотки унисекс. У тебя же хорошее лицо, фигура вполне нормальная. Чего ты ходишь, как клуша деревенская? Откуда у тебя этот дурацкий сарафан? С этими очками точно, как корове седло.

Светка выразительно поджала губы.

– Сергей купил. – с нежностью сообщила Инна и погладила легкую ткань. – Просто принес и все. А что, тебе не нравится?

– Точно чокнутый. – Светка придирчиво оглядела подругу. – Тебе нужны белые парусиновые брюки, не в облипку, но и чтоб не висели. Наверх лучше всего рубашку в клетку. Закатишь рукав, будет очень сексуально.

– Ты представляешь, на кого я буду похожа? Я такое никогда не носила!

– Что и требовалось доказать.

Инна упрямо помотала головой и поднялась с лавочки:

– Ладно, Светик, спасибо, что пришла. Ты извини. Мне пора. Я еще хочу заскочить кое-куда, а потом побегу к Сергею. Конспекты я просмотрю и завтра отдам – неохота отставать от программы. Ладно?

– Давай, подпольщица. Подумай насчет одежды-то. Хочешь, я принесу тебе что-нибудь. – Светка коротко чмокнула в щеку. – Беги, пока троллейбус…

Инна махнула рукой на прощание, бросила тетрадки в сумочку и побежала по дорожке в сторону остановки.

Она успела вскочить в заднюю дверь уже на ходу.

Очень хотелось найти парк, в котором молилась четыре дня назад. Утром она доехала до того места, где, как ей казалось, была та арка, из которой Сергей вывел ее на улицу, но там оказался обычный глухой дворик, заросший молодыми деревьями, сырой и неопрятный. Из дворика не было выхода – глухая стена.