Игра окончена

Это же жуткая опасность! Эфиром можно отравиться, а лопасти винта могут запросто обрубить пальцы при запуске! Самолетик, однако, я все же купил, экономя на завтраках в школе, и уже через год выигрывал все районные воздушные бои. Только похвастаться родителям не мог – влетело бы по первое число.

Вот и сейчас я решил поступить по-своему.

– Сколько стоит? – я ткнул пальцем в ширму.

Продавца словно включили. До этого он стоял, как обесточенный робот-андроид, потеряв, по всей видимости, всякую надежду продать своих рыбок.

А тут – «щелк», глаза засияли, а язык заработал со скоростью того самого моторчика, который приносил мне победу в боях.

– Мало стоит! – затараторил он. – За такую рыбу вообще не цена. Всех заберешь, еще скину. Такую рыбу на всем рынке больше не найдешь. Ухода почти не требует, только корми…

– А болячки? – остановил я ускоряющийся поток красноречия.

В голове продавца вновь что-то щелкнуло – видимо, переключилась программа.

– Какие болячки? Рыба сингапурская, росла в пруду. Иммунитет ко всему на свете.

Специально будешь заражать – не заболеет. Любая вода подходит, аквариум любого размера. К тому же я таблетки дам. Сыплешь в воду, любой паразит дохнет, а рыба только ярче становится. Смотри какие – две самочки и самец. Еще разводить будешь, бизнес сделаешь.

Я понял, что это разводка, как Стас и предупреждал, но не хотелось мне соглашаться с его правотой. Вот лучше я впустую деньги отдам, но раз решил поступить по-своему, то назад пути нет. Путь назад в таком случае уже некрасиво выглядит.

Может, разумно, но не красиво.

Так и не выяснив цену, я потянулся за бумажником. Взгляд продавца превратился в два сфокусированных лазерных луча, следивших за каждым моим движением. Я понял, что он пытается понять мою сегодняшнюю платежеспособность, чтобы назвать-таки цену и при этом не прогадать.

– Так сколько за трех? – я раскрыл бумажник.

В голове продавца снова щелкнуло. На этот раз запустилась виртуальная машина для подсчета купюр в чужом кошельке, как я понял.

– Триста, – сглотнув, ответил торговец.

Похоже, ответ дался ему нелегко, хотя для меня цена была, понятно, смешной. Что такое триста рублей? Я с усмешечкой вытянул пятьсотрублевую купюру и уже хотел сказать «сдачи не надо», когда продавец уточнил:

– Долларов.

Я постарался сохранить улыбочку, хотя она сделалась у меня, как у восковой копии американского президента.

– Пойдем, – снова потянул меня за локоть Стас.

– А скидку? – чуть наехал я на торговца.