Дни Великой пустоши. Изгой

Я уговорю отца, и мы снарядим целые бригады. Ты будешь их руководителем.

Олег усмехнулся про себя. Руководителем? Сын предателя, крыса и мерзкий подземельщик? Скорее, он первое время будет проводником, научит пользоваться картами, а затем его изгонят навечно к пустынникам.

– Спасибо, что веришь в меня.

– Вот увидишь, Олег, это убежище будет помнить твое имя вечно.

Олег легко улыбнулся, но подобрать подходящий ответ не смог.

– А что в пакете?

– А? – опомнился Олег: пакет он девушке так и не отдал, – вот, держи, это тоже тебе.

Девушка сунула зажигалку в карман и стала разворачивать увесистый пакет. Олегу казалось, что еще шире ее глаза стать не могут, но он ошибался. Когда бумажная обертка с шелестом упала на пол, в руках у девушки осталась белоснежная ткань. Она походила на шерсть, но была легкой и воздушной.

– Боже, что это?

Подземельщик смущался и с трудом мог подобрать слова.

– Не знаю, на ящике было написано: «кашемир», может быть это он и есть.

Но Алена словно бы не слышала ответа, она терлась о ткань лицом, теребила его между пальцев, охала и улыбалась.

– Я сошью из него платье. Получится очень красиво.

– Если твои глаза будут светиться так же как сейчас, боюсь не смогу разглядеть платье.

Олег не врал. Он уже давно утонул в шоколадной глубине этих глаз. Для него в них не только цвет редчайшей сладости, но и ее вкус. Парню захотелось облокотиться о стену, его качало, он был счастлив, как никогда.

Алена шагнула навстречу.

Через мгновение она оказалась ближе, чем мог стерпеть Олег. Он попятился, отступив на шаг. Занесенные для объятия изящные руки девушки замерли в воздухе, будто поступь опытного ловца у расставленных на диких животных силков, и потянулись вновь. Подземельщик больше не отступал.

Ее руки. Объятия.

Сердце встрепенулось подобно чихнувшему на половине оборота дизельному генератору, оступилось, неловко дернулось и застучало вновь.

В лицо Олега ударил сладкий запах мыла и чистой одежды.

Его щеки коснулись вьющихся локонов, холодных и ароматных, словно струи воды, пролившейся ему на сердце. Грудью он ощутил ее мягкое упругое тело. Он не нашел в себе силы обнять ее в ответ.

– Спасибо тебе, – обжег кожу горячий шепот.

Олег слышал ее, но как будто издалека: он лишь догадался о значении слов, а не разобрал их.

Когда девушка отпустила парня, он все-таки оперся о стену.

В ее глазах блестело волнение, а по губам скользила улыбка.