Копейщик

– А то ж. На том и стоим, – не стал спорить Аким.

– Да, про нифрильную могию, в основном, – сказал Васька, вызывая в памяти последний рассказ ротного, который лично вел занятия десятников по тактике боя, – Говорил, что в бою применяются как нападающие, то есть причиняющие вред, так и защитные, то есть усиливающие и помогающие заклятия. В нашей роте могой нападающих проклятий является Грач-ловкач, а могой обороны, значит, является сам атман Вепрь.

– Слушай, Вась, – вступил в разговор Макарка, – А, что без могов пехота вообще ни на что не способна?

– Вовсе нет, – ответил Васька, – По мне, так как раз наоборот, это моги без пехоты ни черта не навоюют.

К тому же, знаешь, что Вепрь еще сказал? Он сказал, что с опытом бойцы научаются сопротивляться воздействию нифрила.

– Ух, ты, – сказал Макарка, – Это ж тогда мне никакой мога не страшен будет! От, не зря у нас говорят, что нифрил, он только морок плодит.

– Ну, это не так. Ты, Макарка, не торопись могов со счетов скидывать. От них тоже много чего зависит, – сказал Васька наставительно, – Да, кстати, Куч велел выбрать в каждой десятке одного человека на должность оружейника.

Сказал, что занятия вести будет сотник Белый.

Акимка замер с перевернутым сапогом в руке и уставился на Ваську.

– Да, тебя, конечно, кого же еще, – сказал ему Вася, – К тому же и с куренью тебе работать доводилось.

– Братцы, я вас не подведу, – радостно пообещал Аким, – Буду делать вам лучшее в роте оружие.

В это мгновение прозвучал зов построения и парни повскакивали с мест.

Акима, как всегда, провозился, натягивая сапог, и встал в строй с опозданием. Куч одарил его недобрым многообещающим взглядом. Сотник стоял перед строем, держа в руках два деревянных шеста, длиной несколько больше человеческого роста.

– Номер первый, ко мне, – негромко приказал он.

Из строя выбежал десятник первого отделения, рослый парень из вепрей. Куч отдал ему один из двух деревянных шестов, велел отойти на несколько шагов, а потом нападать будто у него копье.

Паренек отошел от сотника, ухватил шест покрепче, направил его конец на Куча, и ринулся в нападение. Едва заметным движением Куч сместился с острия атаки десятника, одновременно с этим, накладывая свой шест поверх летящего на встречу и почти незаметно поддавил. Паренек не просто потерял равновесие, а перекувырнулся через собственный шест, приземлившись на лопатки за спиной Куча.

– Встать в строй, – не глядя на парня, приказал ему Куч, и добавил, – Следующий.