Книга 2. Хладный холларг

 – Она не сказала.

– Если ты согласен, то говори с нами, рассказывай, нам любо тебя слушать. – Девушки скинули свои платья, загнали Рана в воду и, взявшись за руки, стали водить вокруг него хоровод.

***

Повоз открыл глаза и повел по сторонам мутным взоров. Он с трудом отыскал в голове отрывки недалекого прошлого. Его глаза все это время буравили скатерть на столе. В уши влетал щебет Теллиты, которая разговаривала с ним, убирая со стола. Сыновей подле него не было. Горло болело от пения.

Холкун потер руками щеки.

– Умаялся ты, любый мой, – жена была в благодушном настроении от предвкушения поездки в город, – дай-ка проведу тебя. – Она подняла его под руку и повела к постели.

– Где… эти?

– Сыны?

– Ыгы…

– Убегли, а Сате в доме…

– Чего это?

– Плачет он. Ты ему затрещину поставил за то, что он плохо пел.

– А? Я? Это правильно. Холкун не может плохо петь. Не должен холкун… – Он не договорил, икнул, и повалился на кровать. Тело тут же обмякло и, будто провалилось в бездонную пропасть.

Постепенно темнота прояснилась, и Повоз нашел себя сидящим на стуле в доме отца в Фийоларге. Как и всегда, отец мастерил обувь, сидя в дальнем углу комнаты первого этажа их дома, старого, но добротного дома. У Повоза ныл зуб, а потому он всхлипывал, тихо постанывая и посапывая.

– Скоро придет хол-хол, потерпи, – сказал отец, орудуя ножом над голенищем будущего сапога.

Вдруг, Повоз оказался подле двери, какой не помнил в своем доме. Он посмотрел на ее дорогую искусную резьбу и, едва подумал, как дверь тут же отворилась. Из-за нее на него смотрели два громадных желтых глаза. Это были глаза хищника. Дрожь пробежала по телу Повоза. Дверь, внезапно, ушла ему за спину, и холкун стремительно полетел по длинному коридору, ведущему неведомо куда.

Яркая вспышка, и из темноты стали вырисовываться очертания Черного рунбрана. Повоза тянуло к его корням.

Холкун вздрогнул и открыл глаза. Он удивился тому, что бежит. Он не чувствовал бега. Ноги, словно бы жили отдельной жизнью, и сами бежали, зная, куда. Медленно приходя в себя, сознание Повоза брало верх над неведомой силой, гнавшей его куда-то в лес.

Едва он окончательно очнулся, как споткнулся и кубарем покатился по земле. Не вставая на ноги, Повоз медленно оглядывался.

Вдруг, он вздрогнул.