Ложный вакуум

– Что странно? То, что знание может быть причиной желания искоренения самого же знания? Не лучше ли оставить это знание, говорящее о том, почему же оно такое, и ведущее таким образом к желанию своего уничтожения, ведь все это в результате может привести к геноциду собственных желаний, если применять со столь мелочным умыслом устройство. Или то странно, что человечество издавна мечтало об устройстве, о том, на что оно способно?

– А как же карта изменений?

– Она-то и нужна для предотвращения всяких извращений истории по мере выполнения плана, который может растянуться на неопределенно долгий срок, – Ада произнесла, будто вкладывала какой-то глубокий смысл в эти слова, после чего глотнула кофе.

– А если рассматривать все человечество, его историю в целом?

Андрей немного заколебался, но, поняв, о чем говорит капитан, ответил:

– Что есть история человечества без историй отдельно взятых людей?

– А что же насчет Урусова? Как он понимал этику путешествий, то есть претэтика? – капитан высказал то, что держал в своем уме на протяжении всего разговора.

– За образованием операторов жестко следили, и, не знай Тимур прететики, он бы им не стал.

– А теперь позвольте, я порассуждаю, – сказал капитан и после недолгих раздумий начал: – Допустим, Урусов не сошел с ума, но и не является внедренным агентом. Тогда остается вариант, что он желает исправить что-то в истории. Но сделать это с минимальным изменением самого себя, а может и не допустить парадоксов.

– Хотите сказать, что он здесь нашел что-то такое, чье изменение не допустит как нежелательного события, так и нежелательных изменений? – Ада с плохо скрываемой восторженностью повторила мысль капитана. – Как с Институтом, то есть остановиться не слишком далеко, но и не слишком близко, чтобы колебания времени затухали, не доходя до актуального времени, и чтобы проводить исследования.

Андрей смотрел на капитана с неподдельным удивлением, но скорее из осознания гениальности идеи, вероятно направляющей Тимура в последнее время. Если у него все получится, он может стать пионером в области, до которой еще не дошли сотрудники Института, находящиеся только на этапе сбора необходимой информации. А дальше что, новая должность, доселе никем не занятая, новый отдел по корректировке событий. Однако сам Тимур этого не получит.