Седьмой круг. Свой путь

Незнакомец шатался и небрежно поправлял штаны, очевидно, после того, как справил нужду. Вид его не показался разбойникам ни капли угрожающим и они, разом затянув улыбки, тут же выдохнули.

– Ща я его угомоню, – хмыкнул амбал и зашаркал в сторону незнакомца. – Одет, как баба. Куда вообще лезет?

– Нашел время жаловаться. Кажись, и этот не из смердов, – облизнулся грабитель поменьше. – Какая чудная ночь. Птички летят в клетку сами!

В одно мгновенье обрушился молодой, неразумный защитник. Точный, внушительный удар в верх живота мигом заставил его выплевывать на землю лишки резко пахнущего эля.

Верзила поморщился и отпрыгнул назад.

– Тьфу ты! Мерзость какая. И вонь! – пожаловался он приятелю. – Я к нему больше не подойду!

– Замараться боишься? – язвил преступник поменьше. – Оставь его, он все равно уже не улизнет. Сначала разберемся со стариком, а потом и этого окучим.

Не успел амбал вернуться к своему сообщнику, как в след ему полетели колкие угрозы:

– Это ты бьешь, как баба, – хватая ртом воздух выкряхтел заступник.

Преступники были по-настоящему ошарашены, когда увидели, как опираясь на руки, хрупкий на вид незнакомец в темной тунике медленно встал и заковылял в их сторону, точно покойник, следующий приказу Черного Слова. Он скверно и грязно бранился и в словах его таились не только угрозы, но и какое-то странное, гнетущее наваждение, словно преддверие надвигающейся опасности. Будто бы за ними крылась некая страшная, пугающая сила, от которой даже у громилы засосало под ложечкой.

– Это что ещё за чудик такой? – поежился громила. – Мне с концами прибить его что ли?

– Давай-ка лучше я, – остановил того сообщник и в руках его сверкнул изгибающийся кинжал.

Разбойник уже хотел было нанести свой любимый, отточенный годами, мимолетный, короткий удар в живот незнакомца, когда заметил, как его льняные штаны вспыхнули, точно вымоченная в квортере (алхимическое горючее вещество) щепка.

Амбал же совсем растерялся, ни капли не понимая происходящего. Из всех немногочисленных решений, посетивших тогда его голову, он принял одно, к слову, достаточно верное.