Дети Барса

Дети Барса

Дмитрий Михайлович Володихин

Место действия – некогда счастливая страна, раскинувшаяся меж двух великих рек, несущих свои воды через выжженную солнцем пустыню. Могущественное Царство, когда-то обласканное Богом, стоит на пороге гибели. Со всех сторон его осаждают беспощадные враги. Жизнь страны еще теплится лишь благодаря древнему мистическому завету. Власть над судьбой Царства попадает в руки юноше, почти мальчику. Ему предстоит возглавить войско, готовое встать на пути хаоса и разрушения.

Дмитрий Володихин

Дети Барса

В оный день, когда над миром новым

Бог склонял лицо Свое, тогда

Солнце останавливали словом,

Словом разрушали города.

И орел не взмахивал крылами,

Звезды жались в ужасе к луне,

Если, точно розовое пламя,

Слово проплывало в вышине.

А для низкой жизни были числа,

Как домашний, подъяремный скот,

Потому что все оттенки смысла

Умное число передает…

Патриарх седой, себе под руку

Покоривший и добро и зло,

Не решаясь обратиться к звуку,

Тростью на песке чертил число.

Но забыли мы, что осиянно

Только слово средь земных тревог,

И в Евангельи от Иоанна

Сказано, что слово это Бог.

Мы ему поставили пределом

Скудные пределы естества

И, как пчелы в улье опустелом,

Дурно пахнут мертвые слова.

    Н.С. Гумилев.

Дворец я покинул,

Пошел воевать, Чтоб землю Гриады

Эробсам отдать…

    Фараон Эхнатон Правоверный

Клинок Баб-Алона

2508 круг солнца от Сотворения мира

«Раб, будь готов к моим услугам».

 – «Да, господин мой, да», – «Восстание я хочу поднять». – «Так подними же, господин, подними. Если не поднимешь ты восстание, как сохранишь ты свои припасы?» – «О раб, я восстание не хочу поднять». – «Не поднимай, господин мой, не поднимай. Человека, поднявшего восстание, или убивают, или ослепляют, или оскопляют, или схватывают и кидают в темницу».

    Диалог господина и раба о смысле жизни

Энлиль судьбу властителя определил…

    Гимн Шульги

Луна покинула небесную таблицу.

Для нежного и холодного существа по имени Син несносны грубоватые ухаживания крепыша Ууту. В месяцы дождя и долгих теней этот неотесанный грубиян выступает не в полной силе. Его можно терпеть, можно даже оспаривать его право овладевать небесной таблицей изо дня в день… ибо изысканным натурам неприятна любая регулярность. Порою они подолгу ведут беседу среди бледнеющей тьмы.