Дэрриан против мрачного барона

Или, например, деловито прошествовавшая перед ним «длинношерстная кошка с лисьим хвостом», раскрашенная в серо-зеленый камуфляж со спешащим за ней попискивающим выводком из трех маленьких ее копий.

Каких-то «семилапых восьмихвостов» с непарным количеством крыльев Арсений, стоя в начале мощенной темно серым материалом дорожки, не увидел. Покрытие тропинки напоминало квадратные плитки со стороной в полторы его ладони. Он бы и принял эту штуку за привычную для него отделку. Только она мягко пружинила под его необутыми ногами, не то, что те кусочки бетона, которые он знал до этого.

«Да я же босой!» – вдруг осенило Арсения, после чего он наконец-то обратил внимание на то, что одет не так, как привык. Да, шорты с рубашкой он носил, вот только материал, из которого они сделаны, наводил на мысль, что его ткали вручную. Нить была довольно толста и, похоже, растительного происхождения. На его работе положено было носить нарукавники. Правда все сотрудники, да и он сам, увиливали от этого.

Глава вторая

Оглядев себя, Арсений сделал несколько шагов и обернулся чтобы увидеть – откуда же он все-таки вышел. Его взору предстала лежащая посреди лужайки громадная белая «виноградина», с входом в торце. Во всяком случае, такую ассоциацию вызвал у него предмет, в котором он несколько минут тому назад находился.

Арсений с детства отличался от сверстников повышенным любопытством. Вот и сейчас он несколько раз обошел эту штуковину по траве, приятно щекочущей непривыкшие к отсутствию обуви ступни. Потрогал стенку руками – гладкая, чуть теплая поверхность, по ощущениям похожа на стеклянную банку с налитым в нее парным молоком. Попробовал постучать по ней пальцем – звука нет никакого, совсем.

«Хм, любопытно, а в мое отсутствие сюда никто не залезет? Может, стоит закрыть вход?» – подумал Арсений.

Стоило только появиться в голове этой мысли, как виноградина закрылась – отсутствовавшая часть стенки бесшумно материализовалась, пространство, через которое Арсений вышел, всего лишь на миг было заполнено чем-то вроде густого тумана, который превратился в часть стены. Теперь уже нельзя было понять, где именно располагался ход внутрь.