Самый большой секрет

Ты тайны хранить умеешь?

Рома достал из подлокотника пластиковую бутылку с минеральной водой и протянул пассажиру, словно знал о засухе, царившей у того во рту. Костя открутил крышку и сделал несколько жадных глотков. Посмотрел в окно и понял, что не понимает где находится. А ведь изначально намеревался запоминать маршрут. Сыщик хренов.

– У тебя накопилось много вопросов, – продолжил Рома. – И сейчас мне важно знать, можешь ли ты держать язык за зубами. Только не надо твоих "я не понимаю". Просто ответь.

– И моего слова будет достаточно?

– Для меня и для людей, которых я представляю – вполне.

О, Господи, внезапно осенило Костю. Уж не вляпался ли он во внутренние разборки "неприкасаемых"?

– Мне не по душе корпоративные интриги, – выдавил он.

– Достойно, лейтенант Ковальчук! – оценил Рома фразу полицейского. – Только тут все несколько иначе. Хотя ход твоих мыслей мне понятен.

Любопытство раздирало изнутри похлеще изжоги да и терять похоже было нечего.

– Да, я умею хранить тайны.

– Вот и ладненько.

Возникла пауза, которую спустя пару минут прервал Костя, зад которого будто был утыкан иголками:

– Вы что-то говорили про скопившиеся у меня вопросы.

– Я везу тебя к человеку, который даст тебе на них ответы. Так что расчищай чердак, – Рома постучал указательным пальцем по виску. – Тебя ждет захватывающая и информативная лекция, в ходе которой ты узнаешь один секрет.

– Какой секрет?

– Оооо, Костян. Это самый большой в мире секрет.

Глава 14. Роберт

Роберт ломал карандаши. Безостановочно, с остервенением. Большая физическая сила позволяла ему превращать продолговатые цилиндры в пять, а в некоторых случаях и шесть коротеньких бочонков, похожих на пеньки, оставшиеся на месте поваленного ураганом дерева. Он несколько раз оцарапался об их острые края, его пальцы были черны от грифеля, но Роберт не обращал на это внимания.

В комнате царила напряженная тишина.

Настя, на которой буквально лица не было, отсылала сообщение за сообщением Юле, в перерывах набирая ее номер. Кирилл утирал платком лоб. Его взгляд бегал по столу, перескакивал на потолок, стены, все равно куда – лишь бы не на шефа. Олег Валентинович сцепил руки на груди и плавно покачивался на стуле, чем вызывал раздражение сидящей рядом Алефтины Павловны.