Самый большой секрет

Кофе?

Ершову не очень хотелось лишний раз встречаться с секретаршей и он отказался.

– Ну и ладненько, – Семенов внимательно посмотрел на посетителя. – Слушаю вас!

– Почему вы все-таки согласились?

– Что?!

– Сорок один раз вы отказывали мне, а на сорок второй согласились.

– Мне стало любопытно. Я уже говорил, что ценю в людях настойчивость. Но Машенька говорила мне только про семнадцать ваших звонков. У меня великолепная память.

Неприязнь к Машеньке у Ершова была близка к переходу в ненависть.

– Так слушаю вас, молодой человек. Что-то я не вижу у вас толстой папки с ошеломительным бизнес-планом. Или вы все здесь держите? – Евгений Семенович стукнул себя пальцем по виску, одновременно прищелкнув языком и рассмеялся.

Ершов натянуто улыбнулся.

– Я навел о вас справки, – продолжил Семенов. – Андрей Валерьевич Ершов. Тридцать лет. Холост. Детей нет. Журналист. Газета «Вечер». Обладаете определенным талантом, но в более солидное издание не берут, считая, что вы не обладаете репортерской хваткой и нюхом на жареное.

– А у вас с этим, – Ершов повторил жест с виском и языком, – тоже все в порядке.

Семенов снова рассмеялся.

– Вы вызываете симпатию, Андрей. Так что скажете по поводу своей характеристики?

– Она верна.

– Вот как?

– В глазах глупцов. На которых я работаю. И которым скармливаю сюжеты про празднования годовщины фабрики обуви или бытовое преступление на улице Энергетиков.

– До передовиц таким репортажам далеко.

– Далеко.

– Вы в профессии восемь лет. Пять из них в этой газетенке. Как с амбициями?

– Полный ажур!

– Ажур, – усмехнулся Семенов. – Давненько я этого выражения не слышал. Так в чем подвох?

– Они говорят, что нет нюха на жареное, нет репортерской хватки, – в словах Ершова стало заметно раздражение. – Да если бы они знали, что я рыл все эти годы. Они бы лопнули от зависти.

– О, я заинтригован, – в глазах Семенова скользнул неподдельный интерес.

– Послушайте, Евгений Семенович, у меня к вам есть один вопрос.

– Слушаю.

– Какой день в вашей жизни вы считаете самым счастливым?

– Ну уж точно не свадьбу, – хохотнул бизнесмен.

– Я серьезно.

– Дайте подумать. Открытие бизнеса, рождение сына, прием на работу Машеньки, – бормотал себе под нос Семенов.

Так вот почему эта курица позволяет себе кудахтать, подумал Ершов. А дядька-то ого-го.

– Пожалуй выберу тот день, когда курс моих акций вырос в пятнадцать раз.