Красная книга начал. Разрыв

Тот споро отвернул оружие в сторону и, разрядив, положил на пол рядом с кувшином. Потом сглотнул и, не глядя схватив кубок с остатками вина, осушил большими глотками.

– Пройдемте, мастер. Вас ждут. Извините, что пришлось… Процедура, вы понимаете… у нас просто приказ, – поджарый затараторил, сворачивая меры и перекладывая тканью, убрал их в кисет.

Туда же направилась и склянка, но Механик поднял руку:

– Верни мне мое, – прошелестел он, взял из дрожащих пальцев склянку, сыпанул содержимое на ладонь. Струйкой песка вылилась багровая с искрой пыль, полежала на широкой ладони и быстро впиталась в кожу.

 – Теперь веди.

Поджарый кивнул и направился к винтовой лестнице, скрытой до поры за ширмой. Споро простучал ее каблуками, спускаясь вниз, и, распахнув перед Калиничем дверь в длинный коридор, произнес:

– Четвертая справа, вам туда.

Дождался, когда Механик пройдет, и притворил за ним дверь.

Калинич прошел по скрипящим доскам к четвертой двери, чтобы, не стучась, рвануть ее на себя и оказаться в большой комнате со стенами, сложенными из узких и длинных каменных блоков, с жаровней посередине и двумя мягкими креслами у дальней стены.

Одно уже имело хозяина. И Механик прошел ко второму, молча уселся, заложил ногу за ногу и кивнул, показывая, что готов к разговору.

Сидящий в кресле откинулся в тень. Отложил небольшую книгу с богатой обложкой в нишу на стене, которая оказалась под его левой рукой, и достал оттуда другую, ничем не примечательную, скорее даже тетрадь, или гроссбух.

Узкие пальцы, щедро усыпанные перстнями, погладили кожаную обложку, но открывать не стали, а прижали к выпуклому пузу, обтянутому сатиновой сорочкой.

Перстни сверкнули, бросая зеленые лучики на короткую бороду, кустистые брови и яркие серые глаза. Высокие скулы немного скрадывали возраст, но было видно, что человек в кресле не молод.

– Добро пожаловать в столицу, мастер. Вы весьма кстати, – глубокий густой голос не разнесся по комнате, а словно бы впитался в стены. – У нас возникла небольшая проблема.

Механик усмехнулся, у них все проблемы были небольшими, зато сами люди были далеко не мелкими.

Калинич уже видел этого человека. Видел несколько раз его гораздо ближе к трону, чем то расстояние, которое простиралось между убийцей и хозяином сейчас. Для таких больших людей все проблемы должны казаться мелкими. Но в их мелких играх умирает не меньше людей, чем в довольно большой войне. Лучше ему сейчас помолчать и послушать. Калинич и так не был болтуном.