Заговор рыб

И вот суд принял решение в пользу неизвестного автора и Тодоровский с компанией теперь заплатит миллион баксов.

– Справедливо, – согласился Михаил, – не в папу видно сынуля пошел.

Полистав еще пару журналов, один об автоспорте и другой журнал о мужских трусах, курительных трубках и бородах. Очевидно в клинике принимало сразу несколько специалистов, так как оторвавшись от чтива, Михаил к своему удивлению обнаружил, что остался один на один с приятной девушкой – администратором.

– Семечек? – спросила девушка.

– Что? – не понял Михаил.

– Может быть чай с лимоном?

– А, нет, не надо, спасибо.

– Следующий вы.

– Хорошо.

Через пятнадцать минут из ближайшего кабинета, вышла очевидно мама и сын. Мальчик зевал, женщина неустанно благодарила врача. Следом вышел и врач. Мужчина в белом халате, благодушной внешности. Администратор улыбнулась.

– Альберт Евгеньевич, – вот еще клиент.

– Тяжелый день… очень тяжелый день, – врач сделал глубокий вдох и пристально посмотрел на Михаила, отчего тот невольно вжал голову в плечи.

– Может быть кофе? – спросила администратор.

– Да…Зосенька, будь любезна, мой любимый…чашечку, погорячее.

Девушка быстро включила импортную кофемашину и стала колдовать.

– Пару минут перерыв, и я займусь вами молодой человек, – обратился врач к Михаилу.

Михаил согласно кивнул. Врач вернулся в кабинет, а Зосенька насыпала в чашку корицы, подлила горячего молока до образования белой вулканизирующей пенки. В помещении воцарился божественный кофейный аромат.

Это был не запах кофе из пакетика три в одном. Это был запах настоящего молотого кофе, который быть может еще на той неделе плыл из Бразилии, в мешках набитый кофейными зернами. Корабль качало, зерна терлись друг о дружку, усиливая удивительный запах. Матросы, свободные от вахты, подходили к трюму и с наслаждением его вдыхали.

Зося, поставила чашку кофе на блюдце, поправила прическу, улыбнулась Михаилу и пошла в кабинет врача.

Две минуты растянулись в двадцать минут, но Михаил ни куда не торопился.

Он был в отпуске, и впереди еще было целых четыре недели отдыха.

– Проходите, Альберт Евгеньевич вас примет, – наконец сказала Зосенька и Михаил словно в его ногах были пружины, подскочил как кузнечик и бодрым шагом вошел в кабинет врача.

– Присаживайтесь, – врач показал на стул с наклонной спинкой, похожий на большую раскладушку, – не волнуйтесь, это не больно.

– Я знаю, – Михаил сел на раскладной стул и глядя на потолок, увидел цветы.