Операция МРГ

Поплевав на руки, Иннокентий пригладил волосы, одернул кромку пиджака, вытер ботинки о брюки, затем вышел на перрон и двинулся к деду.

– Салам алейкум, – протянул он руку Исидору Павловичу.

– Что? – не понял тот.

– Здоров говорю! – Кеша схватил руку старика, – как урожай?

– Чего?

– Огурцы цветут?

– Какие огурцы?

– А у нас уже отцвели, – Кеша обнял Исидора за плечи, – правда пчел не было в этом году. Пришлось самим окучивать. А ты мед уважаешь?

– Я повидло уважаю, – Исидор Павлович не узнал товарища, а поэтому в серьезный разговор не вступал.

– Повидло это тоже самое, что и мед. Только повидло человек руками сделал, а мед – пчела задницей, – засмеялся Кеша.

– А у тебя батарейки не будет? – поинтересовался Исидор Павлович.

– Тебе какую, пальчиковую или квадратную?

– Мне солнечную, я коплю на Кызылкум, – Исидор Павлович решил удивить человека эрудицией, – Египту помочь нужно.

– Хорошая идея, – Кеша протянул руку, – Иннокентий Талдыкурганович, агроном.

– Исидор Павлович, – протянул руку дедуля, – … гройсместер.

– Может, забьем коз…, – выстрелил Кеша, но сразу поправился, – партейку. Хотя… Ваша супруга врят ли это позволит.

– Я ее в том году отпел, – Исидор посмотрел в даль.

– Дак Вы еще и поете? – удивился Кеша, – а ну а ну а ну…

Иннокентий стал щелкать пальцами такты, и на третьем затянул шепотом.

– Взвейтесь кострами…синие ночи…мы пионеры дети рабочих….

– Близится эра ….всегда будь готов, – засверкали глаза Исидора Павловича.

– Может пойдем ко мне, я Вас чайком угощу, – предложил Кеша, – правда ехать надо два часа, и все время в гору, но ничего…

Исидор Павлович решительно встал.

– Берите пирожные, – сказал он, – квартира 36.

– У меня диабет, – Кеша потрогал горло, – врачи не разрешают есть.

– А я думал, у меня лишай, – в десятый раз Исидор Павлович задрал одежду, демонстрируя пятна на теле, – а это аллергия.

Исидор Павлович направился к подъезду, Кеша забежал вперед, открыл дверь.

– Осторожно потолок, – предупредил он.

Дед посмотрел вверх, и в это момент зацепился ногой за плинтус. Кеша поднял старика с пола, отряхнул его брюки.

– Куда собес смотрит, – в сердцах бросил он, толкая Исидора в спину на ступени.

– Во всем виноват Чубайс, – старик показал кулак Кеше.

– Ну…естественно, – сказал Иннокентий Талдыкурганович, отодвигая от своей морды руку, – говорят он шпион.

– Американский? – старик поднимался медленно.

– Финский, – поправил его Кеша, – его мать оттуда.