Живой лёд

– Если покалеченный вами демонолюб восстановится и возьмется за старое, то будущего у вашей семьи может и не быть, – нахмурился мужчина. – Опасность серьезна как никогда.

– Защита нашего мира от демонов – это работа инквизиторов и государственных служащих. Бояр – лишь отчасти. Да и то, думаю, никто не сумеет упрекнуть меня в бездействии. Я уже внес весомый вклад в дело борьбы с инферналами и был бы рад увидеть шевеление других людей, – произнес я и добавил: – Кстати, вы не задумывались, что, даже если сделаете меня мишенью, недобиток может отправить вместо себя посторонних?

– Возможно, и так, – согласился митрополит, – но он точно начнет действовать и совершать ошибки.

Я задумался. С одной стороны, он прав. Я сам хочу покончить с демонолюбами. И в принципе не против закрыть ту миниатюрную пустошь под датчиками сложных приборов и при помощи круга магов.

Я непроизвольно нахмурился, даже не попытавшись взять эмоции под контроль, и заметивший это Агафодор спросил:

– Что-то не так?

– Императору известно о вашем предложении? – уточнил я. – Он знает, на что церковь хочет подписать главу «золотого» рода?

– В настоящее время – нет, – спокойно ответил митрополит, – ведь мы пока еще не пришли ни к какому соглашению, а значит, и отвлекать от работы первое лицо государства, по моему мнению, преждевременно.

– Ясно, – сказал я и посмотрел в глаза церковнику. – Я пока не готов ответить на ваше предложение. Мне нужно все обдумать и принять решение. В том числе определиться с тем, что попросить за столь серьезную услугу.

– Иван Егорович, – напрягся Агафодор, – защита человечества от демонов – это священная обязанность благородного человека, а тем более князя!

– Если не считать того, что я сказал недавно об упреках в мою сторону, то вы правы, – кивнул я. – Однако прежде всего – я глава рода, который несет ответственность за свою семью и должен беспокоиться о ее благе.