Глава рода

 – Как оставишь вас одних, вы все ржете и ржете! У кого в родовых способностях есть применение веселящего газа?! Ну-ка признавайтесь!

Погоны на парадной форме Воденцов уже поменял на майорские, значит, успел не только парадку в порядок привести, но и «проставиться» за звание, отдав «должок» воинскому коллективу: тут с этим жестко. Традиция. Вспомнил, сколько водки жрет Дубовой, и мне командира даже как-то жалко стало. Столько денег потратил!

– Ну как же нам без смеха? У нас вообще-то выпуск, господин майор! А это значит – полная свобода, сон дома, возможность посещения балов и других интересных мероприятий! – произнес Витовт.

– Ну, уж у кого у кого, а у вас точно не будет свободного посещения балов, – с хохотом заметил Воденцов, и мы снова засмеялись.

– Тяжела доля наследника империи, – глубоко вздохнув, произнес Витовт и улыбнулся. – Не на все балы могу попасть, хорошо хоть на ритуале выпуска своего курса странным образом оказался.

Через мгновение его лицо как-то разом погрустнело.

– В этом мне действительно повезло. Не все до этого дня дожили.

Смех и шутки тут же затихли. Парни резко посерьезнели и насупились.

Тот день оставил в душах ребят слишком серьезный отпечаток. Не удивительно. Тогда они впервые увидели, что такое настоящий бой – смерть, грязь, кровь и разрушения. Они много убивали, отбивали штурмы, боролись за свою жизнь, теряли друзей и мысленно готовились к смерти… как признавались мне потом многие. После гибели Каменецкого и Страха они ждали смерти и не думали, что смогут продержаться хотя бы до прихода подмоги.

Возведенный мной вокруг расположения «ледяной купол» был для них совершеннейшей неожиданностью. Ребята ждали, что вскоре оставшиеся в живых демоны начнут прорубаться к ним. Поэтому они серьезно удивились, услышав шум боевых вертолетов и выстрелы из пулеметов.

«Неужели долгожданная подмога?» – напряженно думали кадеты.

Годимир сказал мне, что, несмотря на то что ребята ожидали увидеть группу спасения, смертельно опасные заклинания все равно были готовы сорваться с их рук и жезлов.

Меня обнаружили лежащим в обнимку со здоровенным сатиром, шею которого я сжимал так сильно, что бедняга просто-напросто задохнулся.