Игра на повышение

А может, и меня вместе с ними. В итоге обоим старшим представителям династии Соболевых прилично досталось – нет никаких гарантий, что они не отправятся вслед за митрополитом Филаретом в мир иной, – а вот мы с Натальей Павловной при выходе из храма немного поотстали в возникшей сутолоке. Да еще прямо в момент взрыва меня притормозил мой секретарь Сашка Иванников, принесший срочное донесение от руководителя контрразведки Ольховского.

Совокупность этих случайностей сохранила нам с супругой жизни и здоровье, зато, по всей очевидности, вновь одарила вниманием Сыскного приказа.

Вот ведь никогда я не любил все эти массовые сборища! И в этот раз сделал все, чтобы избежать участия в пасхальной службе, завершающейся крестным ходом, да куда там – государь будет, наследник престола будет, а князь Бодров хочет пропустить столь важное событие? Царь-батюшка только укоризненно покачал головой, услышав о подобном, а царевич Федор выразительно крутил пальцем у виска: ты, мол, в своем уме? И так отношения с церковью натянутые в последнее время, а ты такой повод недоброжелателям хочешь дать.

В общем, пришлось нам с Натали участвовать. А тут такое! Хорошо, что двухлетнего сына с собой не взяли, не хватало еще, чтобы он с нами в ту адскую сутолоку угодил!

Между прочим, мы с Григорянскими и так прилично рисковали, прорываясь сквозь обезумевшую толпу к царю и наследнику. И именно мы организовали их эвакуацию во дворец, а позже выставили оцепление и руководили спасательными работами до подхода профильных служб.

Впрочем, еще теплится надежда на благоприятный исход дела, ситуация-то возникла нешуточная, и будущее страны теперь окутано покровом неизвестности.

Натали ушла поддержать царевну Софью, не так давно родившую третью дочку. Вот и хорошо, пусть пока не беспокоится за меня, может, все еще обойдется.

– Пожелал бы вам доброго утра, Никита Андреевич, будь оно хоть немного добрым, – заявил я с порога в кабинете главного разыскника Таридии.

Это уже было сказано протоинквизитору отцу Пафнутию, важно восседавшему за соседним столом с хозяином кабинета.

– И вам не хворать, Михаил Васильевич, – поспешил вставить слово Глазков, не позволяя представителю инквизиции с ходу ввязаться со мной в словесную перепалку.