Воспитание ангела. Сборник повести и рассказов

Оказалось, что они с Женькой только потому и обнаружили его, стоящего на десятом этаже, что он несколькими минутами раньше вслух устроил Авдею самый настоящий разнос.

– Получается, что я говорил и не слышал, как говорил. Я только думал, но не говорил! Нет, оказывается… – пробормотал Илья.

Он окончательно расстроился. Вот так напасть! Но огорчала не сама странность случившегося, нет! Его пугала совсем близкая, – то есть, сегодня вечером – встреча с отцом и матерью.

За столом первый вопрос – отец или мать:

– Что ты сегодня делал, сынок?

– Да ничего, с ребятами гулял, – отвечает Илья как всегда.

А они-то слышат:

– Экскаватор завалил, в милицию забрали, потом курили в беседке, а до этого пили в запретке портвейн.

Реальная возможность – и еще какая – невозможности соврать сегодня родителям. Илья похолодел.

Женька, похоже, прилично захмелел и поэтому не проникся важностью события, смотрел в окно и уплетал хлеб, отламывая его небольшими кусочками, но часто.

– Ну и что, – сказал он, – у нас в доме сосед тоже сам с собой говорит. Вечно бормочет что-то, ходит в одних трусах и бормочет. Я слушал, слушал – ничего не понял, а ты очень четко все излагаешь.

– Это точно. И громко так, – зафиксировал по обыкновению только факт Чапа и не стал его дальше комментировать.

«Так, домой сегодня не пойду» – решил Илья.

Но куда! Куда податься бедненькому ушибленному на голову, внезапно ставшему чревовещателем, парню 15-ти лет?

Перед Ильей возникли круглые голубые глаза матери, её бледные дрожащие губы и вопросы, вопросы, потом упрёки в неуважении и нелюбви, намёки на немедленное увольнение с работы – прощание с Кремлём уже дело решённое, потом звонкая оплеуха и жуткое молчание отца.

И в замутнённом сознании как-то трёх-мерно встала картина Красной площади с медленно бредущей от Спасских ворот мамой: в руках платяной узелок с жалкими пожитками, солдатики у входа в мавзолей глядят на неё и сдерживают усмешку, прокручивая в памяти ежедневное мимолётное мелькание её стройных ног и случайные встречи в кремлёвском буфете.

Илья в мгновение пережил эту кошмарную сцену и, пока заглатывал последний бутерброд, принял решение.

– Чапа, деньги есть? Рублей пять.

– Зачем тебе? – Женька от неожиданности даже поперхнулся.

– Да сматываться он собирается, – усмехнулся Чапа.