Держать строй

– Что с раненым фароссцем?

– Перебита рука, сэр. Вон, его вытащили, – махнул арбалетчик в сторону входа в барак.

Вмешался подошедший толстяк.

– С перебитой рукой не возьму, – противным голосом заявил он. – Сдохнет по дороге. И другие тяжелые, если они у вас есть, мне без надобности.

Туронский начальник скривился. Ткнул пальцем в сторону фароссца со сломанной рукой, потом в одного из стоящих в строю:

– Этого и этого добить.

Два арбалетных щелчка – и два мертвых тела.

Обежав взглядом строй пленников, начальник спросил:

– Где еще один полудохлый?

– Среди убитых в бараке, сэр.

Именно он начал драку с нашими солдатами.

– Хоть здесь повезло, – вздохнул командир туронцев и, обернувшись к писарю: – Вычеркивай пятерых. Отгоняйте этих в сторону и открывайте второй барак. Дохлятину кончайте, как выведете, потом доложите.

Копейщики отвели фароссцев в сторону, в то время как остальные туронцы занялись обитателями второго барака.

Тех так же выгнали наружу, построили, пересчитали, добили нескольких раненых и присоединили к первым.

– Всего девяносто три человека, господин Тарох. Распишитесь и забирайте.

Тарох недовольно надул щеки, буркнул что-то себе под нос, но в протянутом свитке расписался. Спросил сварливо:

– До причалов сопроводите?

– Как уговорено.

Ворота распахнулись, и пленников выгнали наружу. Там же стояла повозка, в которую забрались Тарох и туронский командир.

– Гоните их к причалам, – распорядился он напоследок.

Возница щелкнул кнутом, и повозка бодро покатила вперед. Следом за ней солдаты погнали пленников. Естественно, бегом. Отстающих подбадривали бодрящими тычками копий и живительными пинками. Повозка вскоре скрылась из виду, но солдаты продолжали гнать пленников. Так и бежали до самого города. Вблизи городских стен свернули в сторону реки. Лишь возле причалов им позволили остановиться. Многие тут же повалились на землю, заполошно глотая воздух и заходясь надсадным кашлем.

На ногах остались одни нугарцы с примкнувшими к ним выжившими в бою наемниками. Всего около тридцати человек. Не всем далась легко эта пробежка, но ни один не упал, обессилевших поддерживали товарищи. Еще в процессе бега они неосознанно сбились в одну кучку.

Горик Або тупо разглядывал покачивающиеся (а может, это он сам качался) возле причала баржи и никак не мог поверить в увиденное.