Последний фрагмент

– Что ты думаешь найти в Японии? – спросил по дороге в аэропорт Дэвид.

– Не знаю, – признался Даниэль. – Надеюсь, я смогу узнать что-то там о своём прошлом.

На минуту в машине повисло молчание. За окнами проносились фонарные столбы, каждый раз освещая салон машины на пару секунд. Солнце ещё только начинало подниматься из-за горизонта, разгоняя ночной мрак. – Ты хорошо помнишь нашего отца? – спросил Даниэль.

– Нет. Какие-то фрагменты. Лицо помню, а вот всё остальное…

– Его фотография висит у нас на стене, ещё бы ты не помнил! – усмехнулся Даниэль.

 – Я имею в виду – ты помнишь его характер, голос? Помнишь, как он учил тебя, ориентироваться по следам на местности?

– Нет, – после некоторого раздумья ответил Дэвид. – С чего вдруг ты решил, что в Японии знают о нашем отце?

– Интуиция подсказывает, – Дэвид пропустил эти слова мимо ушей, и больше они не разговаривали.

В аэропорту Даниэль отправился на регистрацию, а ещё через пару минут он подошёл, чтобы попрощаться с братом. На душе стало как-то особенно пусто.

Он даже хотел уже развернуться и поехать обратно домой, но сигнальное табло известило, что началась посадка на рейс до Осаки.

– Ты только смотри – больше не воруй ничего из сокровищниц, теперь тебя некому будет из тюрьмы вызволять! – произнёс серьёзным голосом Дэвид, и Даниэль рассмеялся.

– Очень смешно! Это у тебя, кажется, руки постоянно чешутся! – они обнялись и похлопали друг друга по плечу.

– Посмотришь за домом и заводом, мама сильно переживает. Все эти счета и всё остальное добивают её.

– Конечно, не волнуйся.

– Спасибо, – Даниэль пожал руку брата и направился на посадку. Он как всегда был в своей шляпе, которая его сильно отличала от остальных людей в аэропорту.

– Удачи! – крикнул вдогонку Дэвид, и Даниэль, не оборачиваясь, махнул ему рукой. Дэвид не стал ждать, пока совсем потеряет брата из виду, а сразу пошёл обратно к машине.

В аэропорту, как и всегда, кипела жизнь. Люди сновали туда и сюда, кто-то прилетал, кто-то улетал.

Вся движущаяся масса людей немного раздражала, и Дэвид прибавил шагу.

Теперь и он ощущал какое-то странное чувство, словно утратил какую-то частичку себя. Он словно боялся, что Даниэль узнает такое, что не следует знать Дэвиду. Сев в машину, он достал сзади бутылку минералки и почти сразу опустошил её. На душе стало немного спокойнее. На улице стало совсем светло, и солнце светило ему прямо в глаза. Он хотел завести машину, но в окно двери внезапно постучали.