Наемник. Приквел. Часть 2. Приключения принцессы и ее друзей

Но ведь и Посох нельзя была найти, владея Кольцом, однако чародею это как-то удалось!

За себя старик не беспокоился: смерть давно его не страшила. Однако, он знал, что хоть Скитальцы и великие воины, но и их можно погубить. Тем более, если они сами не знают о своем предназначении!

«Даже обладая лишь Посохом и Кольцом Хикилай способен покончить со своими врагами», – думал, сидя на троне, старик. – «Если же он доберется до Шлема раньше Скитальца, то и вовсе станет практически неуязвим!»

Впрочем, паниковать было все-таки рано.

«Хм, его появление в нашем мире окутано такой же тайной, как и Скитальца», – с удивлением обнаружил старик. – «Но он не Скиталец».

Над этой загадкой ему еще предстояло поломать свою седую голову, но он увидел главное: этот Механик вовсе не собирается служить Хикилаю. Как только они покорят весь этот мир, он избавится от своего Повелителя.

С одной стороны, это успокаивало. С другой – настораживало. Чего ожидать от Хикилая, старик приблизительно представлял, хоть и не был знаком с ним лично. Но действия чужака предсказать было невозможно!

«Кроме того, он явно был раньше знаком со Скитальцем», – прокручивая время то в одну, то в другую сторону, установил старик. – «И опасается его, и, стало быть, не будет относиться к нему с тем пренебрежением, что сквозит в действиях Хикилая».

Еще одним фактором, вызывавшим тревогу у старика, было то, что Механик определенно жил в мире с более продвинутыми технологиями, что в совокупности с магической силой чародея давало им обоим огромное преимущество даже перед объединенной армией всех народов (даже если привлечь в нее орков, троллей и драконов!).

«Что будет, если он, покорив наш мир, избавится от Хикилая и завладеет всеми тремя артефактами?» – продолжал размышлять старик. – «Окажется ли он способен управиться с ними или нет? Если нет – хорошо! Тогда народы поднимут против него восстание и с легкостью свергнут его.

Старик продолжал сидеть на своем троне и думать, думать, думать…

Но о прошлом и будущем, о добре и зле, о свете и тьме, о мужчинах и о женщинах он уже почти не думал. Все его мысли сосредоточились на том, как помочь Скитальцу, не изменив его предназначение.