Локумтен

– Заволокло полнеба, – подтвердил сержант. – Думаю, Сигерик заметит штандарт и повернёт назад. Да, ваша дочь тоже несколько пострадала…

Он не договорил – Лентола тенью выросла за его спиной. От её опрятного платья остались закопчённые лохмотья, лицо и волосы покрывала сажа.

Госпожа Фе ахнула:

– Дочь моя, ты в каком виде? Что за стыд! Иди немедленно приведи себя в порядок!

Лентола озиралась, будто вспоминая, куда и зачем пришла.

– С этим ребёнком надо что-то делать, – хрипло проговорила она и закашлялась.

 – Я видела, как он… нёс угли к складу, и пыталась… остановить его!

Господин Фе сверкнул глазами:

– Я сколько раз говорил, чтобы тот ясенец там изничтожили!

Сержант потупился.

– Вот его и изничтожили, – буркнула Эша.

К девочке, очевидно, вернулся аппетит. Она оставила в покое обгрызенную лепёшку, принявшись за рыбный пудинг в широкой тарелке.

Госпожа Фе повысила голос, обращаясь к Лентоле:

– Я повторяю: иди и приведи себя в порядок!

Та оглядела себя и скривилась, словно только заметив, во что превратилась её одежда.

Обессиленно привалившись к косяку, она простонала душераздирающим голосом:

– Я так не могу… Я больше этого не вынесу!

Госпожа Фе продолжала пристально смотреть на неё.

– Он едва не сжёг Ирения… его самого охватило огнём с головой!

Господа переглянулись.

– Ээ, Ария, – произнес господин Фе с тревогой, – займись этим! Если мальчишка пострадал, пусть его немедленно лечат. Если он невредим, удали его оттуда от греха подальше.

Мы не станем отдавать его Детской Службе, мы пошлём его на Окраины. Я думаю, Флавиона со мной согласится.

* * *

Над останками склада висел густой чёрный дым. В глубине его что-то тлело и временами потрескивало. Уцелевшую траву вокруг покрывала жирная копоть. По ней в компании дюжины солдат бегал Филь с ведром в руках, заливая последние очаги пламени. Волосы мальчика торчали дыбом, скуластое лицо с большим ртом и вздёрнутым носом было в саже.

Филь откинул пустое ведро в сторону и огляделся.

Откуда ему было знать, что этот невинный ясенец так полыхнёт? Как оказалось, это ему в самом деле не вредит, зато сухая трава у сарая занялась в момент. И если бы не кузнец, который бросился помогать, прежде чем набежали солдаты, всё кончилось бы куда хуже.

Без Прения горящая смола дотекла бы до конюшен. Да что там до конюшен – добралась бы до кузни, не выкопай кузнец канаву. Плешь выжженной земли обрывалась как раз у неё.