Забанены будут все

Какие дети? О чем ты говоришь? У тебя секс-то последний раз когда был?

Честно, я подумал, что она меня убьет. Машину резко мотнуло по дороге. Хорошо, что в этом сарае много места, и кулак Ирины не достиг моего лица, потому что я быстро отстегнулся и вжался в дверь. Не хватало еще, чтобы эта самка йети избила меня в реальности. Мне достаточно и прошлого позора на арене.

– Если ты не заткнешься на хрен, он будет с тобой, но для тебя он будет последним в жизни, ты меня понял? – прокричала она, чуть ли не задыхаясь от злобы.

Девушка еще несколько раз попыталась дотянуться до меня, чтобы ударить, но я только рассмеялся в ответ.

Так вот, дурачась и перекидываясь ругательствами, мы доехали до нашей работы. Я пулей выскочил из машины, но девушка не бросилась за мной в погоню. В фойе офиса было пусто – здоровенный детина-охранник с автоматом внимательно проследил за тем, как я прислоняю свой бейджик к турникету и прохожу. Я стоял уже у лифта и ждал его прибытия, когда дверь в фойе открылась и появилась Ирина.

Она грозно поманила меня пальцем, но я быстро прыгнул в открывшийся проем, как в портал, и был таков. Ехать с ней вместе мне никак не хотелось. Она запросто могла придушить меня или нанести пару ударов по почкам.

Я пробежал по длинному коридору и, запыхавшись, ввалился в зал для совещаний. Это была небольшая комната с круглым черным столом и винтажными стульями с кожаными спинками. Конечно, тут уже сидели Костя и Валентин Сельянович. Жгучая брюнетка с лиловыми глазами – ведьма Анника – тоже присутствовала.

Все ждали только нас.

– Я успел? – Пришлось глупо выпучить глаза и сесть на стул, который мне пододвинула ведьма.

– Вовремя. – Костя строго поглядел на часы. В коридоре послышались громкие шаги. Конечно, это была танкуша.

– Одна минута тридцать секунд двенадцатого, – строго заметил Валентин Сельянович. – Вы опаздываете, Ирина Матвеевна. Вам должно быть стыдно. Вы подаете плохой пример для всех остальных сотрудников.

– Как получилось так, что ваш нерадивый спутник прибыл раньше вас и вовремя? – спросил Костя.

Анника просто улыбнулась, а это я за ней редко замечал.

– Простите меня, я была вынуждена задержаться. – Ирина покраснела и потупила взгляд. Конечно, это все было цирком, но девушка относилась к нему излишне серьезно.

– На этот раз вы прощены, – великодушно сказал Костя и полез в карман за платиновым портсигаром.

– Папироску, Сереж? – Шеф протянул его мне, и я не отказался.