Сновидец Империи

– Значит, мы будем с вами видеться?

– Возможно, – уклончиво ответил Олаф, – но все зависит только от уровня вашей ассимиляции. Если вы быстро и без проблем вольетесь в новое общество, то наше вмешательство может и не понадобится.

– А есть какой-то шанс, что я погибну во время Преображения? – спросил я.

– Да, – Олаф был предельно честен, – к сожалению, такие случаи бывали в нашей практике, но обычно умирают престарелые. Примерно в пяти процентах случаев. Вы не подпадаете в их категорию. С молодыми все проходит хорошо.

– Но я не обычный.

– Да, поэтому может случиться что угодно. Поверьте, мы вызвали самых опытных хирургов и ученых. Ради вас пришлось приостановить работу остальных центров. Пятеро высокопоставленных клиентов остались недовольны переносом их Преображения.

– Мне должно быть стыдно? – усмехнулся я.

– Нет, конечно. Просто знайте об этом.

– Я признателен вам за ваши попытки спасти мою жизнь, но буду считать это благодарностью за доставку Софии, – выкрутился я, – не люблю быть должным кому-либо.

Олаф промолчал. Он точно офигел от моей наглости. А что? Разве я не прав? Эти ребята очень хотят сделать меня обязанным и взывают к моему чувству благодарности, только вот я его не ощущаю. Меня вообще не должно было быть в этом мире, о чем я не раз уже говорил. У меня осталась куча дел дома. Рагни, конечно, не согласен со мной. Симбионт вообще считает, что я должен радоваться. Мне выпал уникальный шанс начать все по-настоящему с белого листа.

– А если бы я попал сюда в возрасте лет шестидесяти? – вслух подумал я.

– Думаю, что мы бы ничем не смогли вам помочь, – ох уж этот Олаф. Мне кажется, он слишком честный для той должности, что занимает. Или он все-таки не тот, за кого себя выдает.

– А в Москве есть такая клиника? – спросил я.

– Нет, только в Екатеринбурге.

– Выходит, что столицу перенесли?

– Все верно. Это было тяжелое решение, но столица должна быть как можно дальше от досягаемости вражеских ракет. Когда шла Европейская война, мы чуть не потеряли Санкт-Петербург, а Москва очень сильно пострадала от ракетных ударов. После этого было принято решение о переносе столицы на Урал.

– Разумно, – ответил я, как ни в чем не бывало, а мысленно пришел в легкий шок.