Путь Спящих

Срался на форумах с теми, кто читал Кастанеду, но понял не так, как он. С Ксендзюком вот в терки вошел.

– Не так страшен Кастанеда, как тот, кто его прочитал, – в который раз вспомнил я древний, но актуальный мем из интернета.

– Прочитал, а понял по-своему. Так будет точнее. В общем, Саныч осознал, что он настоящий воин, ведь недаром в девяностые в карате ходил, получил коричневый пояс.

– Странно, что не черный!

– Ну он иногда говорит, что стал мастером, да кто же ему поверит? – хохотнула Оксана.

– Охренеть, – только и выдавил я.

– Вот именно. Ты же сам знаешь, Сергей, что чем дальше мы забуриваемся в ОСы, тем наша критичность становится слабее. В какой-то момент мы вообще не можем отличить простой ОС от откровения. Вот и Саныч не смог. Поверил – и теперь он воцерковленный мастер.

– А что за штырь он вогнал мне в руку? Я его не смог выдернуть.

– Не знаю. Может быть, какая-то его новая штучка? Вряд ли это артефакт. Наверное, создал предмет, намолил его, освятил в церкви да протащил в сон. Вот тебе и реальное оружие.

– Хм, звучит убедительно, – согласился я, – я тоже таскал в сон разные предметы для осознания.

– Это стандартная техника, но ведь ее можно модернизировать. Все зависит только от силы намерения и количества света, что ты в нее вкладываешь.

– Может быть и так, – ответил я. – Ну что, погнали? Посетим Медного всадника?

– Даже не знаю, зачем он тебе нужен. Он странный. Меня мама к нему водила в детстве – что в реале, что здесь. Жутковатая статуя, – Оксану аж передернуло, – но если ты хочешь, то пойдем.

Мы спрыгнули с моста и направились к мотоциклу. Я лихо запрыгнул на него и почувствовал, как мягкие женские руки обвивают мой торс.

Разгоняться не буду. Проскочим с фазовым ускорением. Я надавил на красную кнопку, и «Харлей» громко зарычал, но его благородный рев исчез в настолько громком гудении, что я чуть с мотоцикла не свалился. Я посмотрел вправо и с удивлением вытаращился на темные клубы дыма, вырывающиеся из всех трех труб «Авроры».

– Это нормально вообще? – спросил я, слыша звук корабельной рынды и далекие вопли матросов.