Школяр

– Но внутри-то мы чисты как ангелы! – возмущённо проговорил он и вышел на площадку где находился примитивный редуктор мельницы.

7

Много лет спустя, оказавшись волей случая в тех местах, я наткнулся на маленький музей Алексы, в котором хранилось всё, что от неё осталось. Среди прочего я обнаружил там два колокола с Сигнальной башни, прославившие её на весь Новый Свет, и, кто бы подумал, позеленевшую от старости морскую рынду в компании с обгорелым дочерна корытом…

    Янус Хозек, «Как это было», 57-е издание, Анастасийская Центральная библиотека

Через два отверстия в стенах, служивших окнами, беглецы услышали, что на улице стоит шум и гам.

В мельницу тянуло факельным запахом.

«Видать, порядочная собралась там внизу толпа», – подумал Филь и выглянул наружу.

– Вон они, наверху! – раздался крик, хлёсткий звук, и в окно со свистом влетел камень.

Филь спрятался за стену, опасаясь получить в лоб из пращи. Решив проверить, что творится с противоположной стороны, он высунулся в другой проём.

За ним была чёрная, кристально ясная ночь. У подножия мельницы никого не было. Толпа собралась у двери, а с этой стороны виднелись только тени людей. Судя по голосам, их было не меньше двух десятков.

Ян обошёл помещение, осторожно ступая, чтобы не навернуться в кромешной тьме. Споткнувшись обо что-то, он пошарил руками вокруг, почмокал чем-то и сказал:

– Я наткнулся на чан с колёсной мазью и доски. На ощупь увесистые, я бы не хотел получить такими по голове.

– Доски ещё рано, – возразил Филь.

 – Когда мы начнём кидаться, они отбегут от мельницы – и вывалить мазь на них будет сложно. Хватай чан… Ты где?

– Я здесь, шагай на голос, – сказал Ян, потянул носом и хмыкнул: – Или на запах. Только немного толку с этой мази, она почти замёрзла.

Филь разобрал в темноте фигуру друга, склонившегося над стопкой досок. Рядом виднелась невысокая полубочка. Снизу послышался тяжелый удар – видно, преследователи решили всерьёз атаковать дверь.

– Черпай мазь и кидай им на башку! – воскликнул Филь, подавая пример.

Выбрав доску покороче, он зачерпнул ею, сколько мог, шагнул к окну и, высунув доску, перевернул её, пристукнув о камень стены. Увесистый шмат мази полетел вниз, оттуда послышалась грубая брань.

Ян повторил манёвр. Брань усилилась. Судя по крикам, второй шмат угодил кому-то по лицу.

Друзья удвоили натиск, подбадривая друг друга. Едва бочка опустела, Ян высунулся наружу.

– Враги рассеялись, – доложил он.