Школяр

Живи так, чтобы им было интересно!.. "»

    Габриэль Фе, «Детские воспоминания». Из архива семьи Фе

Следуя совету ректора, Филь старательно избегал конюшни, но на исходе второй недели после езды в корыте он всё же столкнулся нос к носу с Якобом.

Возвращаясь в дормиторий, Филь крутил головой по сторонам, надеясь найти себе занятие. Настроение у него было неважное: он замёрз на тренировке в Юку с полумёртвым от холода растением, и это была последняя игра на ближайшие полгода. Речка у холма уже встала, но лёд на ней был ещё непрочен.

Якоб, видимо, тоже был не в духе. В овчинном тулупе, из рукавов которого выглядывали его здоровенные красные кулаки, он угрюмо шагал к Филю через Башенную площадь. Филь подобрался, настраиваясь на худшее: для Якоба, выросшего в деревне, кулачная драка была обычным развлечением.

– Слышь ты, – окликнул его конюх. – Мне надо с тобой посоветоваться!

Настороженный Филь остановился. Якоб вблизи выглядел скорее удручённым, чем угрюмым.

– Малыш заболел, однако, – вздохнул конюх, – ничо не жрёт и дерётся. А сегодня за плечо укусил! Ты его головой ни обо чо не треснул, ну… когда ты носился в корыте?

– Он не Малыш, он – Ветер, – возразил Филь, сообразив, о ком идёт речь. – Я дал ему другое имя.

Якоб рассеянно согласился:

– Ну дал и дал, он молодой, привыкнет. Ты лучше скажи, чо ты с ним делал? Пожалиться он, сам понимаешь, не может.

– Ничего не делал, – заверил Филь. – Съездил до поля и обратно.

Конюх совсем повесил нос.

– Тогда я ничо не понимаю, – пробормотал он. – И чо мне делать теперь с этой животиной? Был хороший жеребец и вдруг оскотинился, в оглобли лезть не хочет!

Филь переспросил:

– А ты хочешь его в оглобли? Туда он, конечно, не полезет, ему там скучно. Лучше сядь на него и покатайся. Он так тебя покатает – еле живой вернёшься.

– Некогда мне кататься, – вздохнул Якоб. – Хочешь кататься – катайся сам, только шоб потом он залез у меня в оглобли.

– Я не умею править конём, – сказал Филь.

– Ну а я не учитель. Попроси кого-нить из своих друзей, пусть научат!

Раздумывая, кого бы попросить об этом, Филь зарулил в полупустую трапезную. Ян сидел на своём месте и ел, как всегда, неспешно. Селёдочный салат он намазал на ломоть хлеба, который порезал на квадратики, и вилкой отправлял их в рот один за другим. Телячий пирог он тоже порезал на квадратики.