Кровь раздора

– Если ты думаешь, что спас нас от этого пьяного дурдома, – мрачно рявкнул Ыхойв, оглянувшись на закрывающуюся за ним дверь. – то спешу тебя расстроить: мы и так не собирались там оставаться!

– Ты чем так недоволен? – спросил Геррап.

– Тем, чем и все мы, – ответила за Ыхойва Ферьна, – разве ты не в курсе последних новостей, Геррап?

– Как раз о них я и хотел поговорить…

– Лучше предложи решение, – буркнул Ыхойв.

Геррап остро взглянул на него:

– Не срывай свою злость на мне, как привык делать Заавх!

– Скоро мы все станем заавхами, – Ферьна перевела взгляд арбалетчика на себя, – мы в этом городе как в тюрьме.

– Ты не была в настоящей тюрьме, – заметил Сот, – в которой пришлось побывать нам после появления в Адолроне…

Ферьна резко шагнула к нему, перебивая со злостью:

– Я видела зверя Гхолала до того, как он стал делить с ним человеческое тело. И там, где ты стал седым от ужаса, я пробыла намного дольше тебя, так что даже не вздумай считать, что тебе где-то было труднее, чем мне!

Дверь трактира распахнулась неожиданно.

Из неё вылетела одна из пьяных женщин, что шумели внутри помещения – точнее, её вытолкнули двое мужчин. Пьяная незнакомка всем своим немалым весом так врезалась в Сота, что откинула его на стену в нескольких шагах за спиной последнего.

Ферьна, за мгновение до этого успевшая уйти в сторону, увидела, как перекосилось от злости лицо Сота и вдруг с интересом стала ждать его реакции на произошедшее.

Пьяная женщина вцепилась в Сота сильнее, чем тонущий человек хватается за брошенную ему веревку, но, как сразу понял Геррап, лишь для того, чтобы не упасть самой.

Её покрасневшее лицо с мутными глазами было направлено на мужчин в дверях, а изо рта вместе со слюной полетела ненависть:

– Беспросветные невежи! Так вы встречаете редких гостей вашего захолустья?!

Один из мужчин в дверях сразу ответил:

– У нас здесь своих любителей погулять за чужой счет хватает!

Ферьна невольно бросила взгляд на руки, вцепившиеся в плечи Сота, но, как и ожидала, не увидела на них маникюра – лишь грязные и в большинстве сломанные ногти.

Хотя одежда на пьяной женщине была намного лучше той, что носили местные жительницы, которых Ферьна видела иногда полуголыми. Даже на вид материал, из которого были сделаны длинные рукава, как собственно, и всё остальное в очень странном по мнение Ферьны подобии платья, казался мягче и лучше той грубо выделанной кожи, в которую одели себя две встреченные ею вчера молодые девушки.