Чудо для Леры. Очная ставка

Потом мне мерещилась грубая отрывистая речь с гырчайщей «р». Затем снова кто-то бил. Сейчас меня несут за руки и за ноги. Моя голова свесилась промеж рук назад-вниз. И черт возьми, как же холодно. Допился? Охрененно погулял. Сколько меня несли, от куда, кто и куда я не понимал. Открыв глаза, и попытавшись приподнять подбородок к груди, силился осмотреться. Почти получилось, но острая боль в затылке помножила все усилия на ноль, моя голова опять беспомощно повисла на шее.

– Йоптыть! Да он живой! – сказал тот, что держал за руки.

– Ты стукнутый чтоль? Он там несколько часов провалялся. – ответил ему второй.

– Да говорю тебе. Живой, как есть. Вон головой мотает.

Меня грубо бросили на промёрзшую землю. Всё тело прострелило болью от затылка до пяток. Над головой нависли две фигуры в шапках и ватниках.

– Э, родной, ты чёль, в натуре живой? Один из них пошлёпал меня по щеке шершавой ладонью и помахал ею перед глазами.

Я шумно с хрипом выдохнул и снова провалился в тошнящую муть отключки.

***

В тускло освещённом лампой коптилкой помещении, стоял перекатываясь с пяток на носки седой невысокий мужчина лет сорока. Перед ним в грязном ватнике виновато топтался заросший парнишка не больше двадцати лет.

– Вы нахрена его сюда принесли?

– Ну так он же это, живой вродь.

– Бараны, кто он вообще такой? Где вы его подобрали?

– Так это же не мы, Василь Прокофич, эт наши из полицаев. Его патруль немчурский нашёл, ну наши его и забрали, ну вроде как мертвый казался.

– Как узнали? Он же голый и молчит.

– Ну так у него же это, ну на руках, это на обоих эти… татуировки: Маша и Даша.

– Я тебе такие нарисую – закачаешься.

– Прокофич, ну мы то, что, ну коль не наш, ну шлёпнем, да и делов то.

– Погоди шлёпать. Так, дайте ему одеть что-то, мы же не как эти, не будем издеваться. Кипятка что ли налейте. Жрать не давать! Нечего переводить.

– Ну я пойду?

– Ступай и это, как очухается, сразу сюда его. Да свяжите хорошенько. Мало ли…

– Так связан уже.

– Иди.

Василий Прокофьевич Будко, будучи до оккупации директором школы, не слыл глупым человеком, информацию анализировать умел. Из просачивающейся в подполье информации Будко знал, что на Краснодар с флангов начинают подходить дивизии 56-й армии Гречко. А в Адыгею вошли уже Рослый и Рыжов.