Тайна бессмертия. Крылья. Проза

Моста не было, он попытался сказать про это, но обнаружил, что не может ни двигаться, ни вернуться в комнату. На секунду он запаниковал, но опять услышал приказ.

– Найди мост. Он должен быть у тебя под ногами.

Мост действительно был под ногами, но это был не просто мост, как он хотел увидеть, а небольшой деревянный мостик через ручеек.

– Посмотри на свои ноги. Что на тебе одето? Ты можешь мне сказать, что у тебя на ногах?

Он посмотрел на ноги и к своему удивлению обнаружил на них какие-то древние сандалии и сказал об этом.

– Где ты живешь? – услышал он голос почти с небес.

Отвечать стало легко, потому что мир вокруг прояснился, память обострилась, и он мог легко вспомнить всё о себе. Он рассказал, что он философ из Греции и идёт сейчас в библиотеку. У него была жена и лучший друг, за которого он сильно переживал, когда его схватили римляне и скоро должны были судить за убеждения.

– Знаешь ли ты его в твоей новой жизни? – спросил голос.

Он рассказал, что в этой жизни, его лучший друг стал его родным братом.

– Теперь ты переносишься еще на несколько лет вперед, когда в твоей жизни случилось самое страшное событие, расскажи мне…

Это была небольшая лачуга, с деревянной скамьей на которой лежала пожилая женщина. Он сидел рядом и смотрел, как она уходила навсегда. На душе была невыносимая боль, он вспоминал казненного друга, о котором теперь последователи разносили легенды, отчетливо понимая, что от смерти не уйти. Все иллюзии закачивались на кладбище, и теперь он, так же как его друг, больше всего в жизни хотел подарить людям бессмертие.

– Ты знаешь её в этой жизни? – спросил голос.

Да. Он знал её. Он всё время старался рождаться где-то рядом. Эту связь уже нельзя было разрушить. В последней жизни он был её сыном, и эта духовная связь была сильнее смерти.

– Теперь наступает последний день твоей жизни… Где ты сейчас? – опять раздался голос из ниоткуда.

Он сидел на стволе огромного упавшего дерева и думал о прожитой жизни. Его жизнь была слишком длинна и подарила ему больше девяноста лет, но почти половину времени он болел и страдал. Жизнь мучила его и он немного завидовал тем, кто умер молодым, не испытав ни голода, ни болезни, ни потерь.

– И теперь подходит последний миг твоей жизни.