Чуждо, как во сне

Справившись, наконец, с этим испытанием, Борис набрал номер полиции.

– Алло! Мне нужно найти друга, он пропал!

– Гражданин, пожалуйста, успокойтесь. Сколько ему было… сколько ему лет? – спросил замученный женский голос.

– Лет сорок, по-моему… Какая разница?!

– Когда он пропал?

– Я говорил с ним вчера!

– Мы не можем начать поиски, пока не прошли сутки с момента исчезновения.

– Как не можете?! Он не просто пропал. Он… возможно, застрелился или что-то случилось, я не знаю – связь оборвалась. Вы должны найти его!

– Где вы видели его в последний раз?

– Я разговаривал с ним по телефону, а потом услышал треск… Скорее всего, он на своей даче в «Синицино» – туда он собирался перебраться, точно не знаю.

На другом конце послышался тяжелый вздох, и дежурная ответила, но уже более мягким и тихим голосом:

– Не стану вам врать, молодой человек: поисков не будет. По крайней мере, не в ближайшую неделю. Сейчас перед нами стоят проблемы, от которых, – тут ее голос понизился до шепота, – от которых зависит наше будущее.

Вся полиция поднята в ружье. Мы не знаем конкретно, что творится, но все очень серьезно.

Затем она продолжила говорить уже громко сухим профессиональным тоном:

– Да, через сутки мы начнем поиски. Не беспокойтесь и не покидайте своего жилища. Гуманитарные службы начнут курсировать по городу в ближайшее время.

Дежурная бросила трубку, оставив Бориса в смятении. До него начал доходить масштаб трагедии. Что делать? Похоже, все службы заняты, а обычные люди начали сходить с ума, если учитывать события последних дней.

Борис вспомнил о ключе под ковриком соседа и собрался уже бежать со всех ног из города, но его остановил мощный спазм боли в раздувшемся животе. Он неожиданности Борис чуть не упал и облокотился на стену.

Резь в животе стала нестерпимой. Борис замычал и рефлекторно сложился пополам. Слезы потекли из его глаз, пальцы рук скрючило в зловещем спазме. Преодолев первые секунды шока, Борис кое-как встал и снова медленно подошел к телефону.

Боль не отступала. Обливаясь холодным потом, он набрал «03» и жалобным голосом заговорил в трубку:

– Умоляю, умоляю, умоляю… Кто-нибудь, пожалуйста, – но на том конце продолжали звучать длинные гудки.

Более ждать Борис не мог. Не одеваясь, он поковылял к двери, испытывая мучения при каждом шаге.

Борис уже схватился за ручку дрожащей от боли рукой, как новый, более сильный ослепляющий спазм сшиб его с ног и бросил в пучину агонии. Он заверещал. Он обделался.