Чуждо, как во сне

Похоже на какую-то чистку… Но зачем убивать детей? Они нужнее, чем старики и сами, в свою очередь, могут дать потомство.

– Ты говоришь, как животновод, – сказал Василий, – ладно, мне пора. Сидеть и ждать конца я не намерен. Я подкину Вовчику идею про общие черты, если тамошние умники еще сами не догадались. Буду на связи.

4

От Василия не было вестей уже несколько недель. Борис начинал беспокоиться за соседа. Новостей о массовых смертях не поступало, но, заразившись легкой тревожностью и подозрительностью, Борис тоже начал замечать, что количество странных смертей и отклонений на ТВ увеличилось.

Беда, как водится, пришла внезапно.

Однажды Борис только вернулся с работы в благостном расположении духа. Он не успел стряхнуть капли осеннего дождя со своего зонтика, как раздался особенно противный звонок телефона.

– Алло? – ответил Борис.

– Боря, у меня для тебя есть неприятная новость, – на том конце трубки послышался бесцветный голос начальника Бориса

– Что случилось, Александр Константинович? На работу выйти не могу – я уже готовый, – находчиво отозвался Борис.

– Сегодня в неонатологическое отделение шестой больницы привезли новорожденного без признаков жизни. Он скончался.

– Там постоянно мрут груднички, это же реанимация. Зачем вы мне это сообщаете? Если это только не… – Борис с трудом удержался, чтобы не высказать неожиданную догадку.

– Это был сын Раисы Федоровны.

– Нет…

– Это еще не все, – мрачным голосом продолжал начальник отделения, – сама Раиса пару часов назад была найдена мертвой у себя дома – она вскрыла себе вены. Прости, что приходится тебе все это рассказывать, но лучше ты услышишь эту новость от меня.

Борис упал на кровать и разрыдался.

Наутро он никуда не пошел. Работа потеряла смысл, стала незначительной. Все, что он делал все эти годы, развеялось прахом. Любые достижение оказались смешными, нелепыми, каждая спасенная жизнь могла быть отнята в мгновение ока.

Борис выдернул шнур от городского телефона и снова уткнулся в подушку. Он чувствовал, что растворяется в мрачных мыслях, что ни к чему хорошему эта хандра не приведет, но он не мог ничего с собой поделать. Из меланхолии его вырвал резкий звонок на мобильный. Проклиная себя за то, что забыл оборвать и этот способ связи, Борис буквально подполз к сотовому.