Здравствуй, безумный мир!

Кто бы наш "Наполи" так потренировал? Потом они создали приложение для смартфона, которое подключалось ещё и к системе видеонаблюдения дома, и это приложение позволяло чуть ли не разговаривать с домашними животными.

Я засомневался, но Ренцо достал свой телефон и позвал Альму, сучку вольпино, которую они с Риной завели год назад. Белая пушистая собаченция тут же прибежала, радостно виляя хвостом. Племянник нацелил на Альму смартфон, что-то нажал, а потом показал мне результат. На экране появились две картинки с мордами улыбающихся собак и подписями: "Ваша собака очень рада вас видеть" и "Ваша собака хотела бы получить от вас лакомство".

– Ну, Ренцо, это я понял и без твоих фотонных сетей! Но только стоило ли тратить на это целый год работы?

Племянник немного обиделся на "фотонные", но потом взял себя в руки и рассказал, что их приложение может определять и менее очевидные вещи. Например, показать, что у собаки болит. Я кивнул:

– Это уже лучше. Собака говорить не может и тут твоё изобретение окажется полезным.

– Понимаешь, дядя Беппе, мы и сами догадались, что логичнее всего было бы рекламировать наше приложение, как лучшее средство выяснить, что у животного болит и как оно себя чувствует. И когда обращались в Торговую палату Неаполя за разрешением, указали это первым пунктом в описании. А нам пришёл отказ! Клерк из Торговой палаты сказал по секрету, что нас потопил профсоюз ветеринаров! Наложил вето, и всё! Дескать, лезем в их вотчину.

– Ты подумал! Это уже хорошо! Но если бы ты подумал чуточку больше, то уразумел бы, что к каморре обращаются в самую последнюю очередь! В самом крайнем случае! У тебя такой случай?

– Но, дядя Беппе!..

– Не спорь! Вмешивать в это дона Марко мы пока не станем. А завтра ты отвезёшь меня в свою лабораторию и покажешь, что к чему.

Лаборатория Лоренцо располагалась в уродливом железобетонном здании напротив Сан-Паоло, домашнего стадиона "Наполи". Архитекторы пытались украсить это убожество голубым панно со странным орнаментом, но, по моему скромному мнению, лишь сделали корпус ещё безобразнее. В большом унылом помещении, обставленном некрашеными столами и стульями из "ИКЕА", сидели за компьютерами небритые ребята, все моложе Ренцо.