Кировская весна 1936-1937

Вскоре стало ясно, что для прикрытия «Юнкерсов», доставлявших из Тетуана в Севилью франкистские части, требуются истребители. Поэтому 1 Августа 1936 года из Гамбурга вышло немецкое судно «Усарамо», на борту которого находились 6 истребителей Не-51В-1, 20 лёгких 20-мм зенитных орудий и 86 человек летного и технического состава. Среди последних были 10 экипажей Ju-52, а также 6 лётчиков – истребителей. Все пилоты были формально уволены из Люфтваффе, носили гражданскую одежду и имели документы с испанскими фамилиями.

Первоначально немецкие пилоты выступали только в роли инструкторов, помогая испанцам освоить новые для них самолёты. Однако вскоре выяснилось, что большинство остальных испанских пилотов имеют очень низкий уровень лётной подготовки. Потери и летчиков, и самолетов в боях с республиканцами нарастали. Стало ясно, что если дело и дальше пойдёт такими темпами, то вскоре у мятежников совсем не останется истребителей. В результате, после коротких консультаций с Берлином и согласования всех формальностей с испанцами, немецким инструкторам было разрешено участвовать в боевых вылетах.

Изменилась и позиция Рима. Сдержанность уступила место честолюбию и стремлению к экспансии. К тому же министр иностранных дел Италии – зять Муссолини, граф Чиано был сторонником военного вмешательства. Как и Гитлера, итальянских правителей заинтересовали природные богатства Испании и ее стратегическое расположение в Атлантике, на стыке Европы и Африки.

{24}

25.07.36 Франция. Париж

Между Французской и Испанской республиками действовало торговое соглашение, позволявшее Испании покупать у северной соседки оружие на 100 миллионов франков в год. Хираль не сомневался, что покупка состоится. Поэтому одновременно с его письмом о поставках оружия во Французский банк были переведены необходимые деньги, а в Париж экстренно выехала парламентская делегация для оформления покупки и информирования французской общественности о событиях в Испании.

Первой реакцией французского правительства было согласие на сделку. Ее поддержали премьер-министр, военный министр и особенно пылко – министр авиации, левый социалист Пьер Кот. Единственным требованием Парижа было держать сделку в секрете – французский Народный фронт выступал за всеобщий мир и против торговли оружием.