Улица Освободителей. Жизнь начинающего писателя

Остальные, как люди опытные и бывавшие во всякого рода переделках, давали советы.

– Ты, главное, не дрейфь, – Котляр, человек рабочий, бывавший и в Росси, и в Белоруссии, пил и говорил мало, но чётко – Если препод давит, так под дурака работай. Башляй, где надо.

– Я понимаю, понимаю… – икал Мартын – Всё понимаю…

– Вот и делай. Главное у нас что? Физика забодать, да химика. А так степуха в кармане.

– Да, да…

Котляр, поняв, что зерна пали на добрую почву, подлил Мартыну. Тот выпил, и окончательно вырубился.

– Опять его тянуть, – проворчала Настя – Что это такое?

Мы стояли у окна, обнявшись, и все вокруг завидовали. Ну как – слегка, в меру неустроенности своей личной жизни. В целом все были рады, и даже наш Жиган ограничился поздравлениями вместо обычных приставаний.

Было хорошо. Выпили ровно столько, чтобы стало тепло, но не стало плохо. Настя сама прижалась ко мне, сама потребовала тепла, и сама же терлась щекой об мой старый свитер – и это было самым ярким проявлением любви. Говорили мало, больше целовались, и думали о светлом будущем.

– Не бойся, – отвечал я – Сам пойдет, и дойдет куда надо. Наша задача – правильно направить его.

– Ох!

– Это не трудно, – я поцеловал Настю в щеку.

– Поверю на слово, – улыбнулась Настя – Только я не хочу уходить.

За окном дома торжественны, величавы – как невесты в день венчания. Обычные в серые дни хрущевки и брежневки теперь преобразились в мутном свете, и город стал похож на древний храм. Только вместо колонн – пирамидальные тополя, вместо стен – длинные пятиэтажки.

Вечер подходил к концу. Жигана общими усилиями положили в зале на диванчике, а мы принялись расходиться.

Мартын, изрядно готовый, искал шапку, которую держал в руках. Котляр сцепился в неравной схватке со стоящим в углу коридора свернутым ковром. Остальные пытались одеться в меру своих сил.

– Так, я открываю путь, – Настенька, не трезвее остальных, медленно открыла дверь – За мной, мальчики!

Мы с Котляром подхватили Мартына под руки и пошли вперед.

На улице было тепло и тихо. Осенний вечер вступил в свои права, и началось то время, когда хочется мечтать о светлом будущем. Но нам было некогда предаваться сладким мечтам – мы несли Мартына. В прямом смысле этого слова.

Путь наш пролягал по жилым кварталам. Под светом окон мир казался плоским, ограниченным, словно здесь, среди хрущевок, заканчивалась наша Вселенная.